Черные паруса

Поначалу я с облегчением подумала, что вор – а кто еще это мог быть? – такой же взломщик шарльеров, как и мы. Оставалось еще несколько вопросов; например, сколько времени этот человек находился в шарльере и как ему удалось не порвать оставленные Рэком нити. Я решила, что все это в конце концов прояснится.

Мы столкнулись не с роботом, не с пришельцем, не с призрачником и не кем-то еще из существ, которые, по слухам, обитали в шарльерах.

– Эй, разумник, ты бы постоял, передохнул, – обратилась к незнакомцу Прозор.

 – Мы можем отлично поболтать, не тычась друг в друга носами.

– Дай самострел, – велела Фура.

Страмбли извлекла арбалет из крепления на спине скафандра Фуры. Оружие было уже взведено, как и предпочитала та.

Одной рукой держа бочку, Фура другой взяла арбалет и направила вдоль коридора. Незнакомец выпрямился – немного, ровно настолько, чтобы мы смогли увидеть лицо через изгиб забрала.

И тут на смену моему дурному предчувствию пришел леденящий ужас.

Глава 3

Мы почти одновременно поняли две вещи.

Во-первых, на лицевом щитке не было стекла, так что незнакомец не мог дышать. Во-вторых… Пожалуй, невозможность дышать была меньшей из его проблем. Куда важнее было отсутствие кожи.

Ни кожи, ни мускулов, ничего. Голый череп с черными пещерами глазниц. Две носовые щели и ухмыляющийся рот. Челюсть висит на нескольких клочках хряща.

Фура выстрелила из арбалета. Болт попал прямо в нагрудный ранец, и, возможно, это было самое лучшее место для прицеливания, когда имеешь дело с живым разумником.

В нашем случае я сомневалась, будет ли толк. Сама я метила бы в открытое забрало, чтобы разбить череп, как глиняную посудину.

И все же выстрел возымел действие. Из ранца вылетел сноп трескучих искр, затем повалил черный дым, и незнакомец упал на колени, вытянув перед собой руки, как истовый богомолец, а затем рухнул ничком.

Он лежал неподвижно, распростершись на наклонном полу. Черный дым все еще выходил из-под тела, клубясь, и посверкивали искры, но не было никаких признаков движения.

– Я всякой хрени навидалась на своем веку, – тихо проговорила Страмбли. – Но ничто из увиденного мною не стоило и десятой доли этого безобразия.

– Выходит, жизнь у тебя была спокойная, – сказала Прозор.

Фура медленно подошла к распростертому незнакомцу, на ходу перезаряжая арбалет. Когда она пнула шлем, тело дернулось, но никакой другой реакции не последовало.