Невероятный шпионский детектив. Поэты и лжецы

Вино крови королей – очередная метафора, игра слов, – и Ричард надеялся, она не имеет ничего общего с английской королевской династией.

– Я часто говорю, что у нее хороший вкус – и на женщин, и на мужчин, – лукаво подмигивал Ричарду сэр МакКеллен. – Вы манекенщик?

– Нет, я актер.

– Староват для манекенщика, – хохотнул Реми, вполголоса, но так, что его все равно было слышно даже в какофонии посторонних звуков – музыки и голосов.

– Как невежливо, Реми! – восклицала Александра. – Здесь я самая невоспитанная, не повторяй за мной.

– Нет, это нисколько не невоспитанно, – отвечал Ричард, делая глоток Бароло. – Это же правда.

Их уже успели два раза отвлечь для общей и парной фотографии, это было ожидаемо – и даже на руку. МакКеллен и Адан оказались старыми приятелями Александры, рыцарь английской королевы выступал в роли консультанта для нескольких ее ранних романов, его водитель – и помощник – общался с ней так, словно они знают друг друга с детства – пусть и это было неправдой.

Спустя пару часов в сети уже пойдет слух о том, что писатель Стелла Фракта появилась в свете с новым любовником, малоизвестным британским актером, а подтверждением тому будут снимки, где Ричард Норт наклоняется к ее уху и что-то шепчет.

Александра будто бы уже была не против, что Ричард не отходит от нее ни на шаг и делает вид, что отправляется за напитками или закусками, только когда она вовлекается в разговор с кем-нибудь посторонним.

На ней был костюм – черные широкие брюки и топ с открытыми плечами и спиной, – а кожа сияла от блесток, нанесенных поверх татуировок – витиеватых монохромных геометрических паттернов. Она держала бокал за ножку, Ричард – за чашу, намеренно неправильно, – и весь вечер ждал, когда она сделает ему замечание – но она ничего не говорила; она рассказывала ему, какие вина подают на вечере, потому что это были те самые сорта, которые бы выращивались в вымышленной коммуне, одной из винодельческих хозяйств в Бароло из романа «Кошки не пьют вино».

Это был самый разгар афтепати в крипте под Церковью Святого Мартина – когда гости уже пьяны и расслаблены, но даже не собираются расходиться. Ричард пил мало – потому что вопреки умению всегда быть в фокусе, он, даже трезвый, испытывал несвойственное ему волнение.

Он старый для манекенщика – но он еще молодой.