Любовное противостояние. Превратности судьбы. Книга 1

Пологая местность и мокрая трава не давали тяжелой машине возможность принять устойчивое положение ни на колесах, ни на крыше. Она летела, кувыркаясь, будто спичечный коробок. Наконец, приняла устойчивое положение на крыше, докатившись до опоры ЛЭП. Его железные переплетения от удара закачались, и несколько проводов сверху с огненным треском порвались и упали на автомобиль, из бензобака которого вытекал бензин. Мгновенно вспыхнуло пламя. Через пару минут весь «мерседес» был объят пламенем, и последовал мощный взрыв.

Если бы это был праздник, то, как пиротехнический прием, все это выглядело бы красиво. Эту аварию очевидцы потом долго пересказывали другим. Огонь, электрический треск, черный дым. Все это было ужасно и настолько грандиозно. Люди, кто в восхищении, кто в ужасе взирали на это молча до тех пор, пока нудный мелкий дождь сильно не заморосил с низко нависших затянувших все небо туч, и не разогнал их по машинам.

Марина вышла из комы только на пятый день. Удар был настолько силен, что гравий проломил ей череп.

Ее голова была обмотана бинтами, делая вид каким–то неземным космическим из-за впавших скул, остро торчавшего носа, разбитых опухших губ. Маша, ее младшая сестра, ставшая теперь вдовой, после смерти мужа Алексея Топоркова, целыми днями, молча, сидела возле нее. Ожидая улучшения или ухудшения. Такая безбожная мысль возникла у нее в первый день оттого, что сестра стала прекрасной бездушной леди, думающей только о себе.

В последнее время отношения между сестрами были настолько холодные и безразличные, что они даже не виделись месяцами, хотя жили в одном городе. Они постепенно отдалялись друг от друга из-за высокомерного поведения Марины, постоянного зудения, что Маша никто и останется такой навсегда, если не возьмется за ум. Сестра, любящая поучать, как правильно жить, так достала Машу, что она решила просто с ней не общаться до тех пор, пока та не перестанет разговаривать с ней в таком тоне.

Стон больной вывел из забытьи Машу. Датчик, следящий за ее пульсом, усиленно забегал. Воспаленные глаза сестры открылись.

– Марина, – Маша взяла ее за руку. – Как ты чувствуешь себя? – воскликнула она, глядя на бледное в царапинах лицо.

– Машенька, – прошептала еле слышно Марина и посмотрела на нее.