Я буду всегда с тобой

Но она, в отличие от него, молча переносившего всплеск бешенства Анастасии Павловны, не сдержала возмущение и вскрикнула:

– Какой ужас! Что Вы себе тут позволяете?

Но всплеск негодования пропало втуне, потому что Анастасия Павловна начала колотить Антона кулаками в прямом смысле. Ошеломленный ее действиями, он молча стоял перед ней, стойко снося удары. Он не ожидал от этой женщины вспышку такого необузданного гнева и никогда не подозревал, что интеллигентность это у нее всего лишь маска, а не сущность.

– Остановитесь, прекратите драться и ругаться, как базарная торговка! Постыдитесь, у Вас ведь только что дочь умерла, – эти слова, произнесенные медсестрой, тщетно пытающейся оттащить от него Анастасию Павловну, вернули Антона к реальности. Он оттолкнул тещу бесцеремонно и двинулся к двери.

– Ноги чтобы твоей не было на ее похоронах, – крикнула любимая теща, удерживаемая медсестрой, ему вслед, – и на ее могиле, убийца. Ребенка он захотел! Так вот твой ублюдок, как и моя дочь не увидит белого света.

Она еще что-то с громким плачем кричала, но Антон уже шел по коридору и не мог разобрать слов проклятий, несущихся из палаты Лины.

Глава 4. Алена

Как только со стуком закрылась дверь за Николаем, Татьяна выглянула из комнаты Семена с Алиной на руках и шепотом спросила:

– Ну, что ушел?

– Да, – улыбнувшись ее таинственному виду, ответила Алена.

– Ну, теперь он тебе проходу не даст, – скривив губы в едкой улыбке, протянула Татьяна.

Николай главный механик, уже неизвестно какой по счету за последние три года в колхозе, тридцати пяти лет от роду, был отъявленным бабником. Несмотря на то, что он был женат, он вел себя как племенной бык. Все женщины в колхозе посмеивались над ним, а его жена Люба, лишь стискивала зубы, как только узнавала о новом увлечении своего любвеобильного мужа, потому что ничто не могло его остановить, как только он намечал для себя следующий предмет для своей страсти.

– А, ну его, – махнула рукой Алена, устало опускаясь на стул, – не до чужих чувств, мне бы в своих разобраться.

Татьяна села напротив нее, тяжело вздохнув. Ей хорошо было понятно состояние Алены. Не зная, то ли рыдать от потери мужа, то ли облегченно вздыхать. Она сама вдовствовала уже четыре года, потеряв мужа тоже из-за пьянства.