Ни о чем не пожалею

Всовывая руки в рукава халата под заливающийся музыкой дверной звонок и сотовый, она поморщилась. Голова до сих пор не представляла собой ничего хорошего.

– Ну? – распахнув дверь, раздраженно спросила Ирина.

– А, значит, живая, – задев плечом, прошла мимо нее Наташа.

Ирина посмотрела на лестничную площадку, не дай бог уже слесарь там стоит, но, не обнаружив никого, с облегчением закрыла ее и поплелась на зазвучавший голос Наташи из гостиной.

– Так, он что ничего не забрал из дома? – И не дождавшись ответа, воскликнула, – уважаю таких мужиков.

Джентльмен.

– Ага, – шлепнулась Ирина на диван, – гулял десять лет при совместной нашей жизни, переспав со всем, что движется не свыше пяти километров в час, ушел, бросив жену, и при этом джентльмен, – саркастически проговорила она.

– Ого! Значит, еще не все потеряно, если можешь рассуждать в таком духе, – усаживаясь в кресло, сказала Наташа. – А то я, когда стояла под дверью, думала, то ли скорую вызвать, то ли похоронную команду, – и, вытащив пачку сигарет из сумочки, изящно прикурила одну.

– Ну, и дурацкие у тебя шутки. Прошу, не кури здесь, ты же знаешь, что Толик не …Вот, черт, – схватившись за голову, простонала Ирина.

– Да, привычки трудно искоренять, – с иронией протянула Наташа, глубоко затягиваясь, и выпуская дым, – а насчет шуток ты не права. Знаешь, сколько богатых женщин после ухода мужиков кончают самоубийством. Нет, то не богатые, а уже бедные, пытаются отправиться на тот свет иной. Все дело в том, что после ухода мужика не на что жить.

Вот, скажи-ка подруга, с чем ты осталась? – будто между делом, поинтересовалась она.

– Не знаю.

– Ну, ты даешь, ее муж оставил, она спит, как будто он на работу ушел. Ты, что хочешь на панели жизнь кончить?

– Меня туда не возьмут, возраст не тот, – усмехнулась Ирина, оглядывая ленивым взглядом квартиру.

– Глубокой ночью и с большим количеством водки на трешку потянешь, – цинично высказалась Наташа.

– Извини, но я сейчас не в состоянии думать о проблемах глобального масштаба.

Мне плохо понимаешь? А ты еще больше усугубляешь мое состояние возней, что мне осталось, а чего нет. Что оставил все мое, от меня никуда не уйдет, – устало проговорила Ирина, и, забравшись с ногами на диван, легла головой на его подлокотник и закрыла глаза.

– Так, так, – проронила Наташа, между затяжками сигареты. – Значит, помощь моя тебе не требуется?

– Сама разберусь, – буркнула Ирина, не открывая глаза.