Счастье еще улыбнется

 – Она вытерла слезы, и продолжила спокойным голосом, сдерживающий ее эмоции, – Если бы ты знала, чем я занималась эти годы. Я обложилась книгами по беременности, по младенцам, последняя, по правде, так и не пригодилась, – горько усмехнулась она. – Я читала, блюла режим, боялась, есть что-то не такое, что может повредить мне и вызвать схватки. Я была похожа на курицу, – со злостью проговорила она.

Вот эта эмоция уже обрадовала ее тетю. Значит, ее девочка не тронулась умом. Евгения Ивановна даже оживилась и с любопытством стала смотреть на племянницу, что же хочет эта девушка в жизни.

Пока она говорит, надо добраться до ее сокровенных мыслей.

– Хватит, жить для кого-то и чьим-то умом, – твердо заявила Катя. – Сейчас я могу претворить в жизнь то, о чем я когда-то мечтала.

И тут она резко замолчала.

– И о чем же? – медленно спросила Евгения Ивановна.

– Что? – спросила Катя, внезапно ушедшая мыслями в себя, и странно взглянула на тетю, как будто возвращаясь откуда-то.

– Да, так я.

Ни о чем, – ответила ей тетя, тяжело вздыхая, настаивать не имело смысла, минута откровения прошла. – Ну, что посидели немного, – хлопнув легонько по колени Кати, Евгения Ивановна поднялась со ступенек, – будем собираться к маме с папой.

Пока созвонились с Корнеем Никандровичем, пока он осматривал на техническую пригодность свою старую «Волгу», на которой давно не выезжал, а тетя решила приготовить для помина и пикника еду, подошло время обеда. Только ближе к трем часам дня Катя, стояла на могиле родителей.

Евгения Ивановна обняла ее, и так они застыли, умиротворенные тишиной, нарушаемой чириканьем птиц, стрекотом сверчков, и жужжаньем пчел.

Издали послышалась похоронная музыка, Катя оглянулась вокруг, боясь, что они окажутся на пути похоронной процессии.

– Кого-то хоронят? – спросила она у тети.

– Да. Виктор Сухов свою жену Эвелину. Она погибла три дня назад в автомобильной катастрофе. Счастье, что его дочь Луиза осталась цела, – скорбным тоном произнесла тетя.

 – Вот еще на одного молодого станет больше на кладбище.

– Девочка Луиза? – переспросила Катя, вспоминая попутчика с дочерью. Ее имя она запомнила хорошо из-за редкости. Не он ли хоронил свою жену, и девочка вела себя так нервно, потому что побывала в аварии?

– Да. Бедная девочка, остаться без матери в таком возрасте, – посочувствовала малышке тетя.

– А ты знаешь сколько ей лет? – решила уточнить свои предположения Катя.

– Да, годиков четыре.