Сердце пирата

Он никогда прежде не бывал в этом доме, но дворецкий, открывший дверь на его стук, сразу же узнал его. Лицо дворецкого просияло.

– Капитан Фробишер!

В следующий момент он заметил двух других джентльменов, и оно сразу же приняло непроницаемое выражение.

Поняв, что дворецкий не знает ни Волверстоуна, ни Мелвилла, Роберт улыбнулся:

– Как я понимаю, у этих джентльменов договоренность с моим братом.

Больше ему не понадобилось ничего говорить, поскольку Деклан, должно быть, услышал приветствия дворецкого, вышел в холл и стремительными шагами приблизился к брату:

– Роберт, рад тебя видеть!

Они с улыбкой потрепали друг друга по плечу.

В ответ Роберт приподнял бровь.

– Они поджидали меня около дома.

– А-а, понятно.

По тону, каким Деклан произнес эти слова, Роберт понял, что он не знает, чего ожидать – хорошего или плохого – от появления Волверстоуна и Мелвилла.

Тем не менее он любезно поздоровался и пожал руку обоим.

– Джентльмены. – Когда дворецкий закрыл дверь, Деклан поймал взгляд Волверстоуна. – Пожалуй, лучше сразу пройти в гостиную.

Волверстоун кивнул, и дворецкий, повернув налево, распахнул перед ними дверь.

Деклан жестом пригласил Волверстоуна, Мелвилла и Роберта пройти внутрь. Когда Деклан последовал за ними, Роберт услышал, как дворецкий спросил, должен ли он сообщить о визитерах миледи.

Деклан без колебания ответил:

– Да, пожалуйста.

Опустившись в одно из многочисленных кресел, расставленных в уютной гостиной, Роберт удивился, что Деклан даже не задумался, перед тем как позвать жену присутствовать на этой очевидно деловой встрече, хотя Роберт не догадывался, о каком деле пойдет речь.

Деклан едва успел предложить своим гостям прохладительные напитки, от которых все отказались, как дверь открылась, и в гостиную впорхнула Эдвина, что заставило всех четверых мужчин встать.

В своем красивом шелковом платье с васильковыми и белыми полосками она выглядела счастливой и довольной, сияя незамутненной радостью бытия. И хотя ее первая улыбка была обращена к Деклану, уже в следующую секунду она повернулась к Роберту и распахнула объятия:

– Роберт!

Он не смог удержаться от широкой ответной улыбки и позволил ей обнять себя.

– Эдвина.