Сердце пирата

Ему не требовалось смотреть номера домов, чтобы понять, какой из них был целью визитеров.

Джентльмен, с ленивой грацией вышедший из экипажа, отличался таким же высоким ростом и широкими плечами, как Роберт. Черные волосы обрамляли лицо, черты которого буквально кричали о высоком положении их обладателя.

Волверстоун. Точнее, его светлость герцог Волверстоун, в прошлом известный как Дальциэль.

Учитывая, что Волверстоун, очевидно, подкарауливал его, чтобы поговорить, Роберт догадался, что герцога, как минимум временно, восстановили в должности начальника секретной британской службы за рубежом.

Циничная, познавшая жизнь сторона его сознания подсказывала, что встреча с этим человеком его ничуть не удивляет.

Однако появление джентльмена, который куда менее элегантно вылез из экипажа вслед за Волверстоуном, оказалось неожиданным. Плотный, очень строго одетый, с чопорными, несколько суетливыми манерами, он тщательно поправил жилетку, украшенную цепочкой карманных часов. Большой опыт общения с людьми самого разного толка подсказал Роберту, что перед ним политик.

Когда Роберт приблизился, Волверстоун кивнул и протянул руку:

– Доброе утро, Фробишер.

Роберт переложил трость в другую руку и, кивнув в ответ, пожал руку Волверстоуна, потом перевел взгляд на его товарища.

Разжав руку, Волверстоун изящно взмахнул ею.

– Позвольте представить вам виконта Мелвилла, первого лорда адмиралтейства.

Роберт приподнял брови.

– Фробишер.

Какого черта здесь происходит? – промелькнуло у него в голове.

Мелвилл вежливо кивнул в ответ, потом с торжественным видом набрал в легкие воздуха и начал:

– Капитан Фробишер…

– Может быть, – мягко перебил его Волверстоун, – нам лучше пройти в дом. – Его темные глаза встретились с глазами Роберта. – Вашего брата не удивит наше появление, чего нельзя сказать о леди Эдвине. Поэтому мы сочли, что будет лучше дождаться вас в экипаже.

Сомнительно, чтобы возможная реакция Эдвины могла до такой степени повлиять на Волверстоуна… Роберт с трудом сдержал улыбку.

С чувством стремительно растущего любопытства в отношении такого странного поведения Волверстоуна Роберт поднялся по ступенькам к парадному крыльцу.