По желанию дамы

Он говорил страстно, окрыленный радостью, которая обуревала его всякий раз, когда его корабль скользил по волнам, когда он слышал скрип канатов, парусов и мачт у себя над головой, удары волн о корму корабля, когда палуба покачивалась под ногами. Он раскрыл свое сердце и откровенно делился с ней.

Когда карета остановилась у их дома, он помог Эдвине сойти и подвел ее к ступеням входной двери. Деклан осознал, что хочет, чтобы этот вечер – последний вечер, который они проведут вместе перед его долгим отъездом, – прошел идеально.

Ему показалось, что у нее те же планы. Они поднялись в спальню, закрыли за собой дверь и повернулись друг к другу.

К его удивлению, сегодня Эдвина вела в их игре; она так хотела. Деклан с готовностью уступил ей главную роль. Вначале ее решимость слегка озадачивала его, но потом он объяснил ее поведение желанием, чтобы он как следует запомнил эту ночь.

Ее маленькие руки были повсюду, она гладила его, ласкала, шлепала, царапала, когда он, охваченный жаром, приник к ее губам. Постепенно Эдвина заводилась все больше; она ласкала Деклана губами и языком. Она разбудила в нем безумное желание, которое накрыло его с головой.

Затем она взяла в рот его мужское естество, умело ласкала языком, поглаживая и глубоко втягивая в себя. Деклану показалось, что он вот-вот лишится сознания.

Ее голубые глаза затуманились; она ласкала его смело и с наслаждением.

В том, что она принадлежала ему, не было никаких сомнений – особенно в такие моменты, когда они, обнаженные, тесно сплетались в постели. Но сегодня Эдвина зашла еще дальше. Сегодня она полностью посвятила себя тому, чтобы доставить ему удовольствие, настолько глубоко и безоговорочно отдавалась ему, что у него закружилась голова.

Какое счастье, что он нашел Эдвину, что она приняла его предложение и согласилась принадлежать ему!

Когда она наконец села на него верхом и приняла в себя его плоть, Деклану показалось, что по его жилам вместо крови течет признательность, глубокая благодарность.

Слившись воедино, они словно отправились в совместное путешествие. Они как будто поднимались по крутой, извилистой тропе. Вверх, вверх – к вершинам желания, прямо в раскаленную лаву страсти.