По желанию дамы

Кроме того, он убеждал себя, что Эдвина – совсем не дурочка, способная пуститься во все тяжкие. Когда они наконец очутились в своей карете, которая везла их на Стэнхоуп-стрит, Деклан, впервые с того момента, как узнал о своем новом задании, почувствовал себя спокойно. Теперь он не сомневался: даже если его не будет рядом, с ней все будет в порядке. К тому же ему удалось преодолеть кое-какие подводные камни в их семейной жизни, возникшие из-за его внезапного отъезда.

Сейчас, когда Эдвина сидела, вложив свою маленькую ручку в его ладонь и прислонившись к его предплечью, он был совершенно спокоен.

Когда карета завернула за угол, Эдвина заглянула ему в лицо.

– Тебе уже известно, в котором часу ты завтра выйдешь из дому?

Говорила она спокойно, а вопрос казался простым и невинным.

– Как только получу все нужные мне сведения. Скорее всего, я уеду после полудня. В любом случае мне нужно выехать не позже двух или трех часов дня, чтобы добраться до Саутгемптона до вечернего отлива.

– Значит, вы отплываете с вечерним отливом?

Он кивнул.

– Если мы не успеем к отливу, нам придется ждать еще сутки, а времени терять нельзя.

– Понимаю… – Они немного помолчали, затем Эдвина сказала: – Один раз я была на яхте в проливе Солент и видела, как мимо проплывают большие корабли. Наверное, такой корабль, как у тебя, выходит в пролив и ждет, пока люди переправляются туда в шлюпках?

– Если бы мы так не спешили, это было бы возможно.

Эдвина молчала, словно переваривая услышанное, затем теснее прижалась к мужу, положив голову ему на плечо и нежно сжав его ладонь.

– Расскажи мне о своем корабле. У «Фробишера и сыновей» в Саутгемптоне есть собственный причал? Кажется, у вас есть такой и в Лондоне, да?

Деклан тоже слегка сжал ее руку.

– У нас две пристани в Лондоне – в доках Святой Екатерины и в Лондонских доках. Наша контора располагается почти посередине между ними. Но в Саутгемптоне все наши корабли пристают в одном определенном месте на главной пристани.

– А как выглядит сам «Большой баклан»? Можешь его описать?

Деклан принялся описывать свой корабль. Пока они ехали по ночным улицам, он рисовал ей картину, вызывая в памяти далекие воспоминания.