Мотив Х

Лилья ничего не ответила, но посмотрела на остальных так, словно действительно собиралась покинуть совещание. Но потом она коротко кивнула и снова села.

– Ладно, – продолжила Тувессон. – Вернемся к тому, о чем мы говорили, – пожар у «Шведских демократов». Есть ли вообще какие-нибудь подозреваемые?

– Расследование ведет полиция в Бьюве, – сказала Лилья.

– Хорошо, сможешь с ними связаться и узнать, к чему они пришли? Многое говорит о том, что это было прямым результатом убийства Мунифа Ганема.

Лилья едва заметно кивнула и сделала пометку в своем блокноте.

– Тогда предлагаю перейти к прачечной. Ингвар, как у вас дела? Вы что-нибудь нашли?

– Пока только кучу отпечатков пальцев, пятна крови и волосы. Совсем не удивительно для прачечной. Но если спросишь меня еще раз до обеда, мы там уже закончим.

– Поняла, продолжайте. Утес, ты успел рассмотреть подробнее Самиру и ее семью??

– Да, и в базах уголовных дел на них ничего нет. Напротив, они оказались образцовыми гражданами. И мать, и отец работают в здравоохранении и свободно говорят по-шведски, несмотря на то, что приехали сюда всего три года назад.

– Вот видишь, – сказала Лилья, наливая себе кофе в чашку. – Так тоже бывает.

– Напротив, я все еще далек от убеждения, что мотив именно расистский. – Утес предупреждающе поднял руку, не сводя взгляда с Лильи. – И прежде чем ты выплеснешь кофе мне в лицо, я буду признателен, если выслушаешь то, что я хочу рассказать.

– Ты можешь быть абсолютно спокоен. Я предпочитаю его выпить.

– Утес, рассказывай. Каков мотив? – спросила Тувессон.

– Педофилия.

Тувессон задумчиво кивнула.

– Сколько ему было лет?

– Одиннадцать. – Лилья повернулась к Утесу. – Почему педофилия? Насколько я поняла, нет никаких доказательств того, что это было связано с сексом.

– Что-нибудь слышно от Косы? – спросил Муландер.

– Да, я встречалась с ним вчера. Хорошо, что ты спросил, я ведь забыла показать вам это. – Тувессон протянула несколько фотографий, на которых мальчик, Муниф Ганем, лежал на блестящем металлическом резекторском столе.

– Это не трудно понять. – Лилья посмотрела на одну из фотографий, где хрупкое тело было выпрямлено настолько, насколько это было возможно, но все равно лежало в позе эмбриона с ногами, согнутыми в неправильном направлении. – Страшно представить, насколько ему было больно.

– Он установил причину смерти? – спросил Муландер.

Тувессон кивнула.