Через тернии к звёздам

– Что ты такое говоришь!? – возмутилась миссис Джонс. – Любовь? Ему 17!

– Ну, так, дура старая, это ж самый возраст для любви, себя-то ты уже не помнишь, – ответил ей супруг, цокая языком, а потом обратился к сыну, – ты уж прости нас с матерью, но ты сам понимаешь, нам теперь любопытно, что это за девушка такая. И когда же ты успел с ней познакомиться?

– Беттани, – неуверенно произнёс молодой человек, – её зовут Беттани.

– Уже хорошо, – мужчина кивнул.

– Она из небольшого города рядом с нашей школой, – Джон смог поднять голову и посмотрел на отца, – я сбежать пытался…

– Ох, Святые небеса! – воскликнула миссис Джонс, и уже хотела что-то сказать, но её руку взяла уверенная и сильная рука Тома, который не собирался прерываться на возмущения супруги.

Он перевёл на неё строгий взгляд, и та попыталась взять под контроль свои эмоции.

– И почему же? Про школу ты ничего дурного обычно не рассказываешь? – Том Джонс покачал головой, не совсем понимая причину такого поведения сына.

Джон пожал плечами и увёл взгляд:

– Да высекли меня, да это и не важно.

Тогда я и решил бежать. Ночью.

Молодой человек вновь перевёл взгляд на отца, и тот одобрительно кивнул, чтобы он продолжил свой рассказ, и, уже несколько осмелев, Джон заговорил:

– Я смог перелезть через забор, когда спрыгивал с него, даже ноги не подвернул! – он улыбнулся, явно гордясь собой, но вот только его родители этой гордости не разделяли, особенно миссис Джонс, которая из всех сил старалась не начать делиться возмущениями.

 – Вот только я не знал, куда мне идти. Не по дороге же – найду тогда, догонят, я же пешком, а они – на лошадях. Я пошёл через лес, вот только вступил в чей-то капкан. Благо он оказался не на медведя, небольшой. Я сначала закричал, но попытался…

– Без подробностей, Джон, – попросил мистер Джонс, – пожалей сердце матери.

Та сидела, зажав рот своим платком и не в силах отвести глаза от сына. Ей было страшно поверить в то, что она могла потерять единственного ныне живого ребёнка где-то в лесах возле его церковной школы.

На её глазах были готовы навернуться слёзы, и это уже случилось бы, если бы мистер Джонс не держал её за руку.

– Да не переживайте, матушка, – Джон улыбнулся, – я же целёхонький, жив, как видите. Я из леса вышел, и сил хватило дойти до небольшого городка. Я пить хотел, да и нога болела. Как-то дохромал до их колонки, уже хотел воды напиться, и замечаю девушку. А утро раннее, ещё не все проснулись, а она уже стоит с двумя полными ведрами.