Двадцатое июля

А вы их в этом поддерживаете. Да и нет в Германии реальных лидеров. Мы имеем одного вождя – фюрера. Все остальные фигуры вокруг него – пешки. Они ссорятся между собой день и ночь, борются друг с другом или за благосклонность фюрера, или за собственную власть. А Гитлер, должно быть, давно разглядел это, но, по каким-то непостижимым для меня причинам, использует своё положение, чтобы влиять на всех. При чём здесь идея? Простой рассчёт. А то, что будет произнесено дальше, можете запротоколировать. – Мюллер, с видом заговорщика, наклонился ближе к Шелленбергу, – Я всё больше и больше склоняюсь к мысли, что Сталин делает такие вещи намного лучше … И вообще, он превосходит всех лидеров Западных наций.

Разведчик посмотрел в глаза гестаповцу. Но бесцветные зрачки Мюллера полностью скрывали истинные мысли от шефа IV отдела РСХА.

Шелленберг перевёл разговор на шутку:

– Отлично, товарищ Мюллер. Давайте прямо с этого момента и начнём кричать: «Хайль Сталин!».

Даже тень улыбки не прошла по лицу Мюллера.

– Напрасно смеётесь, бригаденфюрер. Случись такое, вы, и ваши твердолобые друзья – буржуа угодили бы прямо на виселицу. Или в Сибирь. В двадцать четыре часа.

Куркова привезли в казармы. Перед взором русского, когда он выпрыгнул из закрытого кузова машины, выросло трёхэтажное, массивное здание с тремя колоннами у входа. Капитан Хеллмер, с которым Курков познакомился на встрече со штурмбаннфюрером в штабе дивизии, и которого Скорцени называл в беседе Рихардом, провёл его во внутрь помещения.

– А чему учили?

Офицер пожал плечами:

– Какая разница? Мы здесь временно. Нас в Берлин перевели в конце мая, по личному приказу рейхсфюрера. Основная база находится во Фридентале. Запоминайте, – Хелмер принялся показывать новое жилище. – На первом этаже столовая, и тренировочные залы. В подвале тир.

Они поднялись на второй этаж, где находились спальные помещения. Дежурный, при виде капитана вскинул в приветсвии руку, и вытянулся по стойке «смирно».

– Покажите новенькому его место и введите в курс того, что можно в расположении части, а что нельзя.

На немой вопрос дежурного, Хеллмер пояснил:

– Наш новый сослуживец – русский. И не знаком с нашими порядками.