Криминальный талант

– Теперь я знаю, почему про тебя пишут в газетах, – сообщил Рябинин и тоже хотел издать смешок насчет своей шуточки, но вместо него вырвались короткие фыркающие звуки, которые издает лошадь от удовольствия.

Юрков постоял, хотел, видимо, спросить про газету, а может, фыркнуть хотел в ответ, но только захлопнул дверь. И Рябинин сразу понял, почему его не восхищал просто хороший парень. Потому что выросло время, страна, люди, и усложнилось понятие «хорошего человека», как усложнились патефоны, аэропланы и «ундервуды».

Потому что понять человека стало важнее, чем дать ему в долг пятерку или снять последнюю рубашку. Без хлеба и одежды можно перебиться, но трудно жить непонятым и уж совсем тяжело – непринятым.

Зазвонил телефон. В жару даже он дребезжал лениво, словно размякли его чашечки. Рябинин нехотя взял трубку.

– Привет, Сергей Георгиевич! Холода тебе, – услышал он настырный голос Вадима Петельникова.

– Спасибо, тебе того же, – ответил Рябинин, сел на стол и благодушно вытянул ноги. – Как в жару ловится преступничек?

– Нам жара не помеха, мы же не следователи, – сразу отреагировал Петельников, и Рябинин представил, какая стала мальчишеская физиономия у этого высокого двадцатидевятилетнего дяди.

– Так я и думал, – невинно признался Рябинин.

– Почему так думал? – подозрительно спросил Петельников, прыгая в ловушку.

– Видишь ли, жара действует на мозговое вещество и размягчает его, поэтому следователь работать не может. А ноги у инспектора только вспотеют.

Петельников молчал, бешено придумывая остроумный ответ.

Рябинин это чувствовал по проводам и улыбался, – с Вадимом он говорил свободно, как с самим собой: любая шутка будет понята, острая шпилька парирована, брошенная перчатка поднята, а серьезная мысль замечена.

– Есть ноги, Сергей Георгиевич, которые стоят любой головы.

– Наверное, имеешь в виду стройные женские? – поинтересовался Рябинин.

– Женские! – крикнул Петельников. – Да ты знаешь, сколько километров в день проходят обыкновенные кривоватые ноги инспектора уголовного розыска?

– Чего ж они ко мне давненько не заворачивали? – спросил Рябинин.

– Про это и звоню, – признался Петельников.

– Давай сегодня, – сразу предложил Рябинин.

– После обеда жди.

Рябинин знал, как его ждать…

Можно ждать машиниста с линии, летчика из рейса и капитана из плаванья, потому что они прибывают все-таки по расписанию. Но никогда не стоит ждать инспектора уголовного розыска – ни другу, ни жене, ни матери.