Камень. Книга восьмая

Когда Прохор закрыл дверь, я не удержался и ободряюще улыбнулся жавшейся к супругу Кузьминой:

– Наталья Вячеславовна, да не переживайте вы так, здесь все свои.

– Я постараюсь, Алексей Александрович, – выдавила она из себя.

– Просто Алексей и на «ты». А поговорить я хотел вот о чем… Иван, как вы с Натальей Вячеславовной представляете свое будущее?

Кузьмины переглянулись.

– Царевич, ты это… слишком уж глобально хватил… – поморщился колдун.

– Хорошо, начнем с самого ближайшего будущего. В нашем особняке очень много свободного места, а для детей так и вообще раздолье с куском леса на заднем дворе, да и присмотреть за ними есть кому.

Кузьмины опять переглянулись, и Иван кивнул:

– Мы согласны, но с условием, что, когда захотим чего-нибудь своего, отдельного, то…

– Ваня, мы с тобой на эту тему уже говорили, в ваших с Натальей Вячеславовной интересах и интересах ваших детей держаться пока ко мне как можно ближе.

Кузьмин вздохнул и коротенько выдал другу требуемую информацию, переварив которую воспитатель только крякнул, но от комментариев воздержался.

– А теперь нам с Прохором хотелось бы услышать краткую биографию матушки Натальи, – я опять растянул улыбку на максимум. – Версию Тайной канцелярии я уже слышал.

Кузьмины нахмурились, а воспитатель только тяжело вздохнул, уселся поудобнее и скрестил руки на груди.

– Смелее, дорогие мои, – хмыкнул я.

За следующие десять минут Наталья Вячеславовна поведала историю своей жизни, которая не сильно-то и отличалась от того, что мне рассказал вчера Пафнутьев. Новым было лишь то, что касалось последних десяти лет – жизнь с Иваном на нелегальном положении, отказ от практики лечения других людей, рождение сыновей и их домашнее воспитание.

– Наталья Вячеславовна, вы с Тайной канцелярией сотрудничать отказались, а за самого натурального бандита, бывшего сотрудника этой самой Канцелярии, замуж вышли, да еще и детей родили.

– Любовь зла… – она опустила глаза и вздохнула. – И Ваня не бандит! Так уж у него судьба сложилась…

– Ясно. Теперь вы не на нелегальном положении, что дальше делать собираетесь? Детей воспитывать, сидя дома?

И опять это переглядывание, закончившееся разрешающим кивком Ивана.

– Доучиться на медика хотела… А дом и дети никуда не денутся.