Камень. Книга пятая

Деваться вам с Иваном все равно некуда, надо садиться, спокойно разговаривать под водочку с селедочкой и решать, как вы будете жить дальше. Не думаю, что Иван хочет зла своей дочери и твою позицию тоже должен прекрасно понимать, а уж как вы дальше будете строить свои отношения с Алексией и между собой, жизнь покажет. И еще, Виталя… Не обижайся, я тебе только добра желаю, но, если ты сам с этой проблемой не обратишься к канцелярскому психиатру, мы с Сашкой тебя к мозгоправу этому за ручку отведем. Ты меня услышал?

– Услышал… – буркнул Пафнутьев.

***

Еще когда Пафнутьева привезли из Бутырки, Михеев его разместил в покоях на втором этаже рядом с комнатами Прохора. Едва Алексия узнала, что ее отец с матерью останутся до завтра, сразу мне заявила, что ночевать ляжет на диване в гостиной у родителей. Так что сегодня я спал только с Вяземской, которая весь вечер вместе с Сашкой Петровым наблюдала за всем тем бардаком, который творился у нас в особняке.

– Лёшка, что хоть случилось? – спросила она у меня, когда мы готовились ко сну.

– Государь император изволил развлекаться, – хмыкнул я. – Пафнутьева в пятницу вечером в профилактических целях посадили в Бутырку, а его жене, Елизавете Прокопьевне, сегодня позвонили «доброжелатели» и сообщили, что ни в какой наш Виталий Борисович не в командировке, а сидит в Бутырке, и вечером его казнят. А теперь догадайся, Вика, кому Алексия стала звонить, когда Елизавета Прокопьевна не достучалась до цесаревича?

– Тебе? – девушка смотрела на меня круглыми глазами.

– Точно, – кивнул я. – А теперь догадайся, что сделал я, когда тоже не дозвонился до папаши? Как и до царственного деда, и даже до Прохора?

– Так вот что за бардак с тревогой сегодня в районе Бутырки был… – глаза Вяземской стали ещё больше. – Неужели?..

– Ага… – я опять кивнул. – А когда мне Алексия сообщила, я… скажем так, совсем чутка разволновался и напугал своим гневом половину университета. Да ещё и умудрился пожар устроить в столовой. – Я хмыкнул.

– Лёшка! – девушка прикрыла рот рукой.

– Вот и я про это… Мне по большому счету плевать на то, что обо мне думают другие, кроме близких, конечно, но тем не менее… Так что ты там особо слухам никаким не удивляйся, думаю, там про меня не скажут и половины того плохого, что есть на самом деле.