Мир тысячи зеркал. Книга первая

– С вами всё в порядке, вы не ушиблись? – наклонился надо мной тот же прохожий в сером пиджаке. – У вас какой-то странный вид, вам нехорошо?

– Это у меня странный вид? – не поверил я своим ушам. – Да ты б себя секунду назад видел. – Я встал, отряхиваясь и еле слышно бормоча себе под нос. – Пучил глаза стоял, а я странный… любезный такой.

– Простите, что? – наклонился он слегка.

– Ничего, говорю, ты вроде шёл куда-то? – я всем видом дал понять, что наша беседа окончена и он, выразив недовольство противной гримасой, просто пошёл дальше.

Я проводил его взглядом. Облегчённо вздохнул. С трудом удалось сохранить невозмутимость и утаить испуг. Сердце било чечётку в груди, и, дабы не заработать инфаркт, я решил успокоить нервы. К тому же в поле зрения попала рюмочная, как раз через дорогу.

– Водки три по пятьдесят и лимона пару долек, если есть! – обратился я к бармену, и уселся за стойку.

Заведение соответствовало райончику, и было вполне себе приличным. Даже имелся свой охранник на случай чего-либо.

– Лимона нет, – сухо ответил молодой парнишка, двигая три стопки заветного успокоительного.

Можно было бы взять, конечно, и перекусить чего-нибудь. На стойке было скромненькое меню для съестного. Однако я решил, что пища мне в рот пока не полезет.

– Повторить! – кинул я, решив, что сто пятьдесят меня не берёт.

Лишь после… минут уже через двадцать, я начал чувствовать некое облегчение и собираться с мыслями.

– На полчаса за столиком у окна присяду, просто я жду кое-кого? – спросил у, без пяти минут, моего друга.

– Присядь, – ответил бармен.

Расположившись, я без труда, в этот раз нашёл в рюкзаке свой блокнот с ручкой. Открыл пустую страницу и начал составлять что-то вроде схемы, располагая в хронологическом порядке события с момента аварии. Причём слово «авария», размашисто написал в центре листа и обвёл в жирный овал. Вверх потянулась линия и на её пути два овала. Сначала со словом «дочь», а выше «свадьба».

А вот ниже пошли сразу две линии. По одной: «реабилитация», «потеря семьи», «выход на работу». Эта линия не содержала особых странностей и отчасти походила на правду. Вторая же началась всё с той же реабилитации. Ведь если задуматься – я ни хрена толком, ни помню из этого периода. Рядом жирный вопрос.