Аллея всех храбрецов

Совсем, – говорю, – что ли не соображаете? А он губы надул, брови насупил. Так бы и расцеловала при всех. За ним очередь волнуется. Звонок-то был. Записать, чтобы не важничал?

– Ты мне его покажи.

– Ещё чего.

– Ревнуешь, глупенькая, и вправду втрескалась. Знаешь средство от любви с первого взгляда? Взгляни второй раз. Ты ему позвони. Узнай отдел и через справочную.

– Очень надо.

Звонить она, конечно, не стала, а отдел посмотрела: двадцать пятый. Фамилия Мокашов. Борис, Боря, Боренька.

Корпус три Мокашов отыскал довольно-таки просто.

Заблудился (вот уже действительно в трёх соснах), выбрался без посторонней помощи и, поднявшись на четвёртый этаж, отыскал кабинет начальника отдела Викторова[2 - Викторов – газетный псевдоним Бориса Викторовича Раушенбаха. А Сергей Павлович Королёв печатался под псевдонимом профессор Сергеев.].

– Вы по какому вопросу к Борису Викторовичу? – спросила его круглолицая секретарша.

– На работу, – живо ответил Мокашов, – по распределению.

– Подождите, – попросила секретарша, – товарищ с тем же.

И она указала на высокого человека лет тридцати, беседовавшего у окна. В глаза прежде всего бросалась его выразительная жестикуляция, да притаившаяся в уголках губ ирония и к окружающим и к себе. Собеседник его был невысок, высоколоб, на редкость смешлив.

– Захожу я с этим заявлением к Петру Фёдоровичу, – рассказывал высокий. – Документик этот требуется подписать, говорю. А он очки надел, читал, читал. Если вы из-за денег, говорит, то не советую.

Точно нужен мне его паршивый совет.

– Вот и выявил ты попутно своё лицо, – рассмеялся высоколобый. – Только это, оказывается, и не лицо, а совсем иная часть тела.

От студенческих лет у Мокашова осталась привычка находить во встречных черты животных. Так, высокий напомнил ему рыбу. «Рот у него такой, – догадался Мокашов, – тонкий, концами вниз». Собеседник его короткой, подрагивающей при смехе губой отчётливо напоминал сайгака.

– Сейчас вы пойдёте, Вадим Палыч, – сказала ему секретарша, и он согласно кивнул.

– Так чего ты уходишь? – спросил он высокого.

– Юмора не хватает, – ответил тот и руками показал. – Смотрю я на ваши кульбиты и не смешно. А не смешно, следовательно, сам понимаешь, тошно. Я уже…

В этот момент дверь в кабинет отворилась, и Вадим Палыч, кивнув, пошёл.

– Оформляетесь на работу? – спросил Мокашов высокого.

– С точностью до знака, – небрежно ответил тот. – Маша, я тоже зайду.