Долгая дорога к логу

Глава вторая

Когда Синяя чаща осталась далеко позади, Лохмач объявил передышку и остановил рой светляков, летевший впереди. Чуть отклонившись от пути, они выбрали более или менее свободное от зарослей место и расположились на теплом мхе возле разлапистого ягодного куста. Светляки послушно облепили его листья. Лохмач, напряженно молчавший и зыркавший глазами по сторонам, все время, пока они шли мимо Синей чащи, теперь стал возвращаться в свое нормальное состояние.

– Ну, кажется, пронесло… – облегченно бухнул он, ставя мешок между ног.

– Кто это тебя ей так напугал? – сказал Сухой, вытаскивая из недр своего мешка кусок вяленого мяса. – Ничего там особенного нет, разве что синяя…

– Как же это ничего особенного? – возразил Лохмач, взмахнув руками. – Разве может быть ничего особенного, когда мимо нее идешь и со страху трясешься! Известное дело: от синей травы ничего хорошего не жди, а там, кроме травы, и кусты и цветы и даже некоторые деревья синие… Иду, а по спине мурашки шныряют, ноги подгибаются, думаю, того и гляди сейчас чудище какое выбежит!

– Подумаешь: синие, – сказал Сухой.

– Туда лучше не соваться, – заметил Ворчун. – Народ всякое про нее говорит. Идешь себе мимо – и иди, а туда заходить вовсе и ни к чему. А то зайдешь ты в Синюю чащу, понимаешь, да потом и не выйдешь уже обратно.

– Вранье все это про чудищ… – сказал Сухой. – Нет там никого. Пусто и все.

– Как же нет ничего страшного, – снова не согласился Лохмач, – когда мне до сих пор страшно? Уж далеко мы от нее отошли, а все равно не по себе. Мужики говорили, в этой чаще уроды появляются. Я их не видел ни разу и не хочу видеть, и в чащу эту проклятую не пойду, лучше ее подальше обходить…

Кандид вытащил из поясного мешка фляжку и отвинтил пробку.

– На хлебни, полегчает, – сказал он и протянул фляжку Лохмачу.

Лохмач с готовностью припал губами к фляжке, но пить из нее не умел, и жидкость потекла струйками по подбородку и шее.

Ворчун выдрал пучок мха, ковырнул пальцем землю и попробовал ее на вкус.

– Ну как? – поинтересовался Сухой, жуя мясо.

Ворчун пожевал губами, недовольно сплюнул под ноги, сорвал несколько бледных ягод с куста и бросил в рот.

– Не… – Он махнул рукой. – Показалось. Я и не помню, когда последний раз съедобную-то находил. Давно уже не находил съедобную.