Ловушка для «Осьминога»

Вот его документы. Труп я отправил на экспертизу.

– Ай-яй-яй, – горестно произнес Завалишин, раскрыв водительские права, – совсем еще парнишка…

– Со мной в машине заместитель директора совхоза, – сообщил Зеленский. – Я поднял его с постели. Авось что-нибудь добавит.

– Правильно, – одобрил Завалишин. – И пусть заместитель директора посмотрит на этого типа. Лицо у него, слава богу, сохранилось. Может быть, опознает. Тем более, он в форме бойца студенческого отряда.

Зеленский подбежал к машине и помог выйти оттуда Глушкину.

– Это я, я во всем виноват, – отрешенно бормотал Глушкин.

К стоявшему поодаль прапорщику Бычкову подбежал ефрейтор Макарихин и заговорил о чем-то, показывая в сторону границы. Там, у разделительной черты, стояли офицер финской пограничной стражи и два солдата.

Бычков подошел к полковнику Завалишину и доложил, что на пост соседей прибыл финский погранкомиссар. Он знает, что товарищ полковник находится здесь, приветствует его и просит обменяться двумя-тремя словами без протокола.

Встреча погранкомиссаров двух сопредельных государств – серьезное на границе мероприятие. Она заранее обговаривается, обусловливаются вопросы, которые будут затронуты, ведется стенограмма. Но тут ЧП… В общем-то происшествие не касалось финнов, оно произошло на нашей территории, но, с другой стороны…

Начальник Кронборгского погранотряда по должности своей исполнял еще и обязанности погранкомиссара, поэтому сам мог решать: говорить или не говорить с Акселем Маури, который не поленился встать ночью и приехать на контрольно-пропускной пункт, чтобы сказать эти два-три слова ему, Завалишину.

– Передайте, что буду у разделительной линии ровно через пятнадцать минут, – сказал полковник.

Тем временем, отведя друга в сторону, Логинов быстро рассказал Колмакову о событиях сегодняшней ночи.

– Молодец этот ваш Бычков, – сказал Николай. – Четко сработал… Хотя случай, конечно, из ряда вон.

– Ты о ком? – спросил Артем.

– Об убийце, конечно…

– Видимо, ему нечего было терять. Вот установим его личность – поймем.

Подошли Зеленский с Глушкиным.

– Не узнали этого человека? – спросил Логинов.

– Не-нет, не-не узнал, – заикаясь, произнес Глушкин. – Это я… Это я во всем виноват!

– Успокойтесь, пожалуйста, – мягко сказал Логинов. – О чем вы, Игорь Борисович?

– Я послал Володю в Канельярви.