Когда Мой Мир узнает об Этом. Письмо третье

Приятного было мало, вся эта атмосфера даже следственного изолятора показало мне взаимоотношения людей за пределами свободы.

Вся обстановка внутри сильно давила на меня, меняя мое когда-то устойчивое психологическое состоянии, достаточно уверенного в себе человек.

Это замкнутость маленьких пространств, выполнения действий только с разрешения, выходы из камеры по команде.

На тот момент своей жизни, я чуть больше года назад пришел из армии и пусть я служил довольно неплохо, и мне позволялось чуть больше, чем остальным, но я, вернувшись обратно домой, все равно потихоньку отходил от угнетающей обстановки безысходности в своей свободе находясь в части.

А тут, такое, случилось со мной. Когда я служил, я думал, что никогда не буду больше зажат в тиски какими-то обстоятельствами, и буду делать так, как считаю нужным, потому что это должна быть только моя жизнь, но зарекаться как я понял не стоит, ведь все переменчиво.

У меня начались опять все эти воспоминания прошлого, поэтому я лучше промотаю весь этот свой период и поделюсь лишь двумя случаями, которые заставили меня менять позицию жизни.

Хоть мы и жили в общем расположении, я старался по возможности не заводить общение с осужденными.

Не потому, что у меня было какое-то предвзятое к ним отношения. Просто мне так было легче переносить все то, что происходит внутри меня и со мной.

Я ходил и на работы, чтобы мое время быстрей летело.

Один из случаев произошел со мной примерно через четыре месяца после моего нахождения в месте лишения свободы.

После вечерний проверке ко мне подошел парень, чуть моложе меня, и сказал, что на выходе из нашего барака меня ждет надзиратель.

Подойдя к надзирателю, я назвал свое имя и фамилию, он кивнул и развернувшись пошел на выход, веля мне следовать за ним.

Я вышел на улицу.

Вечерний сентябрьский ветер принес мне тонкий еле уловимый запах природы, который стоял за пределами нашего периметра.

Надзиратель зашел за угол нашего барака.

Буквально в десяти метрах от нашего барака стоял следующий, и я заворачивая в этот проход, между двумя сооружениями увидел три мелькающие огонька от сигарет, в этих сумерках.

Подходя ближе, мне показалось что это такие же осужденные, как и я.

Следуя за надзирателем, я понимал, что эти трое ждут меня. Подходя с каждым шагом все ближе, я услышал, как надзиратель предупредил их:

– Только живой должен остаться…

Эти троя бросили свои недокуренные сигареты и направились в мою сторону.