Листья цезаря

Не то чтобы тут требовалось что-то сложное, но утомительное ковыряние в цифрах, сопоставление серийных номеров и количества шлейфов, экранов и плат требовало от меня полного погружения. Я вообще по складу ума гуманитарий, но мама настояла, чтобы я получила «нормальную профессию».

Голодающих учителей в нашей семье хватило – после бабушки, отпахавшей на благо школы пятьдесят лет, мама твёрдо верила, что будущее надо строить за пределами родных пенатов, и вытолкнула меня во взрослую жизнь в другой город.

Она же настояла на репетиторах и подготовке к поступлению на престижную специальность. Как же, экономист звучит гордо! А то, что я после получения диплома мыкалась по фирмам-однодневкам, так это я виновата, что не научилась жизни.

Хорошо хоть Машка порекомендовала меня Олегу Юрьевичу, а то пришлось бы возвращаться домой. Мама вдруг решила озаботиться моей личной жизнью, сменив свою точку зрения и принявшись активно предлагать мне женихов. Точнее, одного – Женьку Бондарева – сына маминой подруги.

– Ксюха, ты на обед идёшь? – Машка рывком распахнула дверь и отвлекла меня от таблицы.

– Ага, только не в «Фиесту», – я бросила взгляд на монитор и вздохнула, придётся проверять, что я тут намудрила за последние минуты, отвлёкшись на мысли о планах мамули. – Их цезарем только галлов пугать.

– Кого? – выпучила Машка глаза и мотнула головой в сторону выхода. – Давай бегом, пока Олег Юрьич не заставил ещё что-то делать.

– Эх ты, темень! Что, даже мультики про Астерикса с Обликсом не смотрела? – я сунула телефон в сумочку, сохранила документы и ринулась наружу, пока наш сердобольный шеф не вспомнил про что-нибудь очень важное.

 – Галлы – это кельтские племена.

– Да пофиг, – Машка зевнула, на всякий случай обернулась к кабинету шефа и вызвала лифт. – Нормальный там цезарь. Между прочим, даже Алексу понравился.

– Ой, твой Алекс только пыль в глаза пускает, а на деле такой же планктон, как и мы, – я повернулась к зеркальной стене лифта, поправила хвост на макушке и подкрасила губы.

 – То, что он в Италии проездом был, не делает его ценителем прекрасного и уж тем более знатоком хорошей кухни.

– Сама-то дальше своего Мухосранска не бывала, пока в универ не поступила, – огрызнулась Машка, оттолкнув меня от зеркала – в её безупречной укладке даже волосок не посмел бы лечь против желания хозяйки, но она все равно сделала вид, что недовольна.