Магнолии были свежи

Гармония была только в одной природе, она была совершенна по своей сути, и Мадаленна пошла учиться на искусствоведа только лишь потому, что художники старались запечатлеть этот неуловимый флер и не боялись посвятить исканиям всю свою жизнь. Подобная самоотверженность привлекала Мадаленну, и она, понимая, что сама никогда на такое не решится, была рада хотя бы стать свидетелем подобного чуда.

– Ты так часто здесь бываешь. – усмехнулся Джон.

– Вовсе нет. Я провожу здесь только выходные.

– Да, но все же…

– Все же, что?

Джон замолчал и чуть не упал в розарий; Мадаленна постаралась не улыбаться, представляя, как он бы выглядел в шипах и лепестках. Часики затикали с еще большей скоростью, и она тихо выругалась – время поджимало ее, а она до сих пор не видела мистера Смитона. Это было не неприятное предчувствие, но у нее была маленькая традиция – обнять его на входе и на выходе. Половина традиции сегодня уже была разрушена, и под угрозой оставалась вторая половина.

– Многие говорят, что ты привязана к мистеру Смитону… – туманно изрек Джон.

– Да, это правда. – отряхнулась Мадаленна и хмуро посмотрела на молодого человека, который старательно смотрел куда угодно, но не на нее. – И что же?

– Ну, – протянул Джон, однако под серьезным взглядом девушки сразу же стушевался. – Как тебе сказать, Мэдди…

– Милый Джон, если ты будешь говорить по слову в минуту, мы не отсюда не уйдем до вечера.

– Словом, все считают, что твоя бабушка хочет завладеть этими теплицами.

Если бы Джон сказал такое про любого члена ее семьи, она бы обязательно разгневалась и сказала бы, что он, разумеется, неправ, что так нельзя говорить, и что все это ужасные сплетни. Но речь шла про Хильду Стоунбрук, и тут никаких сомнений быть не могло.

Мадаленна не сомневалась, что Бабушка так и поступила бы, если только не ее ненависть к цветам; она считала, что пыльца вызывает аллергию Во всем доме не было ни одной вазы с настоящими цветами; только искусственные, из воска и тканей. Мадаленне становилось от них жутко, ей почему-то они напоминали похоронные венки, и каждый раз когда она проходила мимо них в гостиной и столовой, отводила взгляд и старалась смотреть в окно.