Лучик для Тёмного

Как бы Рин ни вёл разговор: уговоры, угрозы, подкуп… Демон-распределитель ни в какую не желал ему подчиняться:

– Строго указанных мест! – рявкнул, едва огнём шевелюру не подпалив, и всучил ключ от многоместного номера на вопиюще смехотворном сто седьмом уровне, при том, что этажей было чуть за двести.

Нетерпеливо дождавшись друга, оценив вселенскую несправедливость, – а Ромулу была выделена комната на двоих и на сто девяносто третьем уровне, – Ринго лихорадочно чесанул задницу:

– Вот засада! Ну ни чё, я с тобой, а там разберёмся.

И уже входя в лифт, вытолкнул удивлённую парочку незнакомых демонов, оставшись с другом наедине. Кто-то сделал попытку остановить смыкающиеся створки, за что едва не огреб от злющего Рин.

Ромул выглядел хреново. Под глазом расползался синяк, а ужас на лице и нервный тик, когда Ринго к нему приближался, обижали до глубины души.

Кронпринц нетерпеливо постукивал о пол ногой, а пальцами отбивал незатейливый мотивчик о стенку кабинки, время от времени поглядывая на забившегося в угол приятеля, не сводившего с него испуганных глаз.

Кабинка ехала медленно, так медленно, что начавшаяся трансформация обещала окончиться ещё до вознесения демонов к нужному этажу.

– Джо, ты что делаешь? – вылупился ещё сильнее Ромул. Хотя, куда уж сильнее?!

– Раздеваюсь, – пробурчал недовольно Ринго, выискивая потайную молнию на спине гребаного платья.

– Я точно знаю, что в лифте не очень удобно.

– Это смотря как стараться и с кем стараться, – рассудил Рин.

– Я точно не тот, кто… – запнулся Ромул виновато. – Д-давай хотя бы продержимся до комнаты…

Ринго застыл, только сейчас поняв, о чём думал друг.

– Да ты совсем что ли?  – развёл руками. – Лучше помоги, придурь, – голос вильнул, успев зацепить верха и упасть до баритона. Просипев нечто нечленораздельное, но неоспоримо матюгальное, кронпринц принялся лихорадочно стаскивать так и не расстёгнутое платье через голову.

Трансформация ускорилась.

Платье треснуло по шву и осело к мощным, обнажённым и чертовски привлекательно-волосатым ногам Ринго.

– Что за хрень? – взвыл Ромул, непонимающе таращась на полуголого друга, пока не уткнулся в кружевные стринги, из которых выпирало мужское достоинство.