Дочь морского бога

На первом курсе большинство дисциплин были непрофильными. Морские растения мы изучали, касаясь только типологии, географии обитания и истории изучения. Самая интересная часть начиналась сегодня. Какие водоросли ядовиты? Есть ли противоядие? Сколько времени в распоряжении лекаря на реанимацию отравившегося?

Профессор Аскерт ссылалась на монографии светил водрослелогии, напоминала материал прошлого года и исподволь вворачивала новые термины.

– И помните. Недостаточно переписать из учебника умные слова и выучить их, – предупредила она.

 – Я хочу видеть, что вы разбираетесь в материале. Поэтому каждый подготовит доклад к концу семестра. Список тем отдам старосте. Повторяться они, естественно, не должны. Если захотите написать о чём-то вне списка, можем обсудить. На этом я предлагаю закончить. К следующему занятию изучите первые три параграфа. Будет устный опрос.

Староста пошёл забирать туго скрученный свиток, а мы заторопились на выход. Перерыв слишком маленький, чтобы успеть обсудить преподавателя, посоветоваться о наряде для первой в году студенческой вечеринке и ещё дождаться, чтобы Вернард гнусавым голосом распределил темы.

– Микроцистис, – выкрикнул он. – Кто возьмёт?

Студенты-водники переглядывались и хмурились. Названия никто не знал, а брать кота в мешке не охота.

– Это сине-зелёные водоросли? – робко потянул руку наш юный гений морской ботаники. Маркус Кент, простолюдин, удостоенный стипендии научного общества. – Их же десятки тысяч видов…

– Маркус Кент раз, – староста продолжал изображать аукцион, размахивая свитком, как молотком.

 – Маркус Кент два. Маркус Кент три, продано! Следующий лот – Анабаэна.

– Огласи весь список, пожалуйста, – выкрикнула моя соседка Дана. – И перестань кривляться, будь так добр. Перерыв короче нашего терпения.

– Уже и развлечься нельзя, – со вздохом пожаловался Вернард. – Ладно, давайте в темпе. Анабаэна!

– Беру! – протянула я руку, чтобы разделаться с вопросом побыстрее.

Следующим в расписании стояло изобразительное искусство, а мольберт я положила на самое дно сундука.

Зачем будущим учёным умение рисовать? Странный вопрос. Кто же, кроме нас, зарисует только что открытый вид водорослей или неизвестную ранее ракушку? То-то же.

Я дождалась, пока Вернард впишет моё имя, и убежала в общежитие.

***

Главу тайной канцелярии называли Хромым со школы. Мальчик родился с увечьем. Одна нога была немного короче другой.