Кристаллит. Добро пожаловать в Феерию…

– О, сколько народу! Вот мы и приехали девочки, – выдержав небольшую паузу, она продолжила, – может мне пойти с вами?

– Мамочка, лучше тебе пойти со мной, пятиклассники уже не ходят с родителями! – ещё чуть – чуть, и кто – то у меня бы получил свой куш за язвительные и невыносимые выходки.

– Хватит, когда же вы перестанете воевать между собой, вы же сёстры!? – выкрикнула мама, не выдержав очередного эмоционального накала.

Мы обе замерли, такое было впервые. Её можно было понять, как долго же она нас терпела, я б и дня не выдержала в подобной суматохе беспорядков.

– Чур, я бегу в свой класс, хочется скорее поведать друзей! Ну, пока, увидимся за обедом! – отцепила моя сестра Иветта. А я, взяв мамулю за руку и переглянувшись с ней, кажется, подумали мы обе об одном и том же, пора к третьему «А».

– Госпожа, Сара Давыдовна! – совсем не к часу на нашем горизонте появилась ехидная Антонина Павловна, учительница по краеведению. Ох, и злая же она, мы даже прозвище ей нашли, вся школа зовёт её монстром.

Кстати, Сара наша мама, она заместитель и психолог местной школы. А эта кулёма, то есть краевед, так и подлизывается, противно, сразу понятно, что – то ей нужно. И тут ко мне наклоняется, да говорит, натянув улыбку: – Какая прелесть! Как же тебя зовут? – я назло насупилась, совсем остекленев, словно мумия. Надо было видеть её физиономию, полную возмущения.

– Моя младшая – Варя, – вступила в немую беседу мама, – обычно она очень общительная девочка, но сегодня не простой день после каникул, и мы очень торопимся, прошу извинить нас.

За что она извиняется, возмутилась я внутри своего мира, перед этой…

Сара потянула меня в бег, незаметно за спинами растворились ступени, канул в воду центральный вход, остался позади первый этаж. Запыхавшись, мы стояли уже у своего класса, среди толпы одноклассников и их родителей.

Тем временем Ив держала курс в самый центр людного сборища, так похожий на пёстрый винегрет.

– Эмма! – юная Ив со всех ног кинулась навстречу подруге, как только её силуэт сверкнул среди толпы.

Боже, мы не виделись целую вечность. По крайней мере, такими были ощущения. Сердце билось, будто молот, глаза окутывала пелена от крадущихся слёз. Заплетённые волосы развивались на ветру, вырываясь из розовых лент. Я, конечно, люблю свою родную, Варьку, но Эмма, это словно вторая часть меня, только немного другая. Более утончённая, особенная, – Эмма, Эмма! – продолжала я кричать от счастья, захватившего мою душу.