Отраженный свет

Отраженный свет

Анастасия Беркова

Отраженный свет

Алене пришлось приложить некоторое усилие, чтобы вернуть лицу прежнее невозмутимое выражение и расслабить наконец приподнятую в недоумении бровь, когда она дочитала последнюю строчку долгожданной рукописи.

Что ж, люди всегда были наивны в своих фантазиях, но этот парень поначалу был явно ближе других к сути. Ей даже казалось, что вот-вот ее одиночество закончится, легенды обратятся в прах, и она засияет наконец не отраженным, а чистым светом истины.

Нет, он споткнулся уже практически у порога и слился, как и все другие, сменив тему своих ночных блужданий в лабиринтах слов и замыслов.

Теория всемирного заговора победила, и Алена, разочарованная и уставшая, отправилась в постель.

Она задержалась у экрана ноутбука ровно настолько, чтобы успеть чмокнуть спешившего на дневной дозор мужа, лучезарного и неотразимого до безобразия, и даже не заметила, как он недовольно поморщился, глядя на ее потрепанные волосы и мешки под глазами. Чем таким можно было увлечься в этой коробочке настолько, чтобы пожертвовать отдыхом и пренебречь всегда безупречным внешним видом?

Светозар вспыхивал мгновенно, стоило в его сердце закрасться малейшей тени ревности, сомнений, возмущения или бог весть чего еще.

А он ненавидел тень. Мстительный нрав и горячий темперамент были обратной стороной его теплой и щедрой натуры. Но не только это — Светозар был абсолютным тираном и собственником. Весь мир и каждое сердце принадлежали одному ему, и не мог он чувствовать иначе.

Однако Илья мог, поэтому постоянно боролся со Светозаром за власть и любовь. Два брата-близнеца оказались невероятно разными как внешне, так и внутри. Людская молва окрестила одного Громовержцем, а другого Ясным Соколом: Илье приписывали силу и жестокость, а Светозару — ласку и добродушие. Надо ли говорить, что Светозар завидовал репутации брата и неустанно устраивал пожары и голод, чтобы и его славили могучие воины всех стран, а не только бабы на сносях.

И коли уж к слову пришлись женщины, то оба брата были до них большими охотниками, хотя и связали свои жизни с единственными и неповторимыми Аленой и Дариной.

И если первая была холодна и неприступна как для мужа, так и для Ильи, то вторая стонала от счастья и боли под обоими, и потомству ее не было конца и края.

Илью, хотя он и стал супругом Дарине, это нисколько не смущало. У них в семье вообще было принято проявлять свободу воли и не сдерживать своих естественных порывов.