Поцелуй дракона

– Я совсем забыла, – сказала она. Она без робости, без стеснения мягкими, но быстрыми движениями расстегнула его ремень, собрала в оборку тунику и, оголив живот, задрала вместе с рубахой. И как раз вовремя, потому что на повязке проступили первые красные крупинки. Они расширялись, полнели и объединялись. – Прости её, пожалуйста.

Аннет наклонилась и осматривала повязку оценивающим взглядом, а кончики её волос скользнули по коже Матиаса – и он вздрогнул. Он смотрел на её опущенное лицо, на её пурпурные глаза, которые быстро бегали по растущим пятнам крови, и ему было всё равно на боль, на жар, на пульсацию и кровь; если она будет сидеть рядом, с обеспокоенным личиком, то он был готов истечь кровью.

– Ничего страшного, – находясь в пурпурном тумане, сказал он.

Аннет велела держать Матиасу его задранную одежду, а сама принялась с осторожностью снимать бинты. Несмотря на боль вновь открывшейся раны, по телу Матиаса пробегали мелкие мурашки от каждого мимолётного прикосновения по коже её пальчиками; а от её сосредоточенного личика – у него млело сердце и металась душа; и казалось, что сердце начнёт стучать так быстро, что он потеряет сознание.

Фива разжала лапку – и травинки осыпались на лицо Матиаса. Он сдувал их с лица, а Аннет метнула добро-укоризненный взгляд в Фиву – та, виновато, но не чувствуя вины, опустила взгляд, отступила на несколько шажочков и села.

Матиас убрал последние травинки с лица. Аннет вздохнула и перевела на него взгляд.

– Она просто перевозбудилась, – сказала Аннет.

Он сидел поодаль и, постоянно поглядывая на них, смотрел в сторону; ему не было дела до раны нежеланного гостя, но было дело до самого гостя.

– Так скажем, – сказала Аннет и вернула голову, – он не любитель играть. С ней. Что хорошая новость для местных деревьев и кустов.

Матиас усмехнулся. Аннет мельком посмотрела на его лицо и вернула взгляд на рану; сняла последние бинты и уложила их вокруг раны так, чтобы кровь не текла к одежде.

– Почему ты помогаешь мне? – спросил Матиас. – Ведь, судя по тому, что я слышал, люди наверняка не добры к вам.

Лицо Аннет стало прохладным, и она вернула взгляд на Матиаса.

– Мне перестать? – спросила она.

– Нет, нет, – ответил Матиас. – Просто… интересно.

Аннет ничего не сказала.