Любовь яд

Женщина должна быть с шармом, неповторимой изюминкой, со своей личной «подписью». В женщине должна быть порода. В каждом движении, в каждом слове чувствоваться подтекст. И я старалась соответствовать. Через пару месяцев таких уроков Герман начал брать меня с собой на важные встречи и приемы. Он вывел меня "в свет".

Этот вечер для меня был важнее, чем первый бал у дебютанток королевской семьи. Мой первый выход на сцену – и от него многое зависело. Артур должен испытать самые противоречивые чувства: от ненависти, до сумасшедшего желания.

Он должен понять, что перед ним сильный противник, а не очередная любовница Новицкого. И это будет трудно, особенно с Чернышевым, для которого женщины созданы только для одной цели – секса. Так что я должна быть и сексуальной, но в то же время недоступной, умной, лаконичной.

– Милая…  Ну, ты скоро? Я уже заждался. Ты же знаешь, что ночью я улетаю.

Герман зашел в спальню, поправляя галстук и замер, глядя на меня. По выражению его лица я поняла, что выгляжу сногсшибательно.

Герман всегда со мной честен, если бы что-то было не так, он бы сказал.

– А может, останемся дома? – это все что он смог выдавить и нервно поправил волосы.

Я засмеялась, довольная его реакцией.

– Ну уж нет, я этого события ждала слишком долго. Что скажешь? Я тебе нравлюсь?

Я кокетливо повертелась перед ним на каблуках.

– Еще раз так сделаешь, и я никуда не поеду, – проворчал Герман, а потом все же улыбнулся.

– Плутовка, хитрая лиса. Когда они тебя увидят, то акции отдадут бесплатно.

Я чмокнула Германа в щеку, потом взяла под руку и повела к дверям. Мне не нужны акции, мне нужен Чернышев. Плачущий Чернышев, раздавленный Чернышев, влюбленный Чернышев. А акции – лишь средство достижения цели. Как и Новицкий.

Встреча должна была состояться за городом в шикарном закрытом ресторане. Когда я переступила порог ярко освещенной залы, то поняла, что нервничаю. Не просто нервничаю, а у меня предательски трясутся коленки и даже потеют ладони. Герман почувствовал мое состояние.

Он удивленно на меня посмотрел:

– Можно подумать, это в первый раз. Расслабься, милая. Я рядом. Они не посмеют слово тебе сказать.

Достаточно взгляда, а Артур умел взглядом убить, раздавить, растоптать. Этого у него не отнять. Я заметила их сразу. Официанты суетились рядом с их приват-столиком, постоянно наготове броситься выполнять малейшую прихоть. Артур пришел не один, рядом с ним я увидела Алену – и краска бросилась мне в лицо.