Моя нелюбимая

– Да, да, я могу подтвердить, что миссис Фейн нисколько не лукавит. Мисс Фейн играет настолько виртуозно, что слушая ее, просто невозможно остаться равнодушным к такой красоте!

Эмили тут же пригвоздила его взглядом.

– Вы абсолютно правы! – радостно подхватила Джудит. – Но игра на пианино не единственное ее достоинство. Эмили прекрасно поёт, танцует, вышивает. Если желаете, мистер Гриффин, то после обеда она с удовольствием исполнит для вас несколько песен.

Как же Эмили хотелось провалиться сквозь землю! Желание матушки свести ее с молодым человеком выглядело настолько откровенно, что только дурак мог этого не понять.

– С нетерпением буду ждать возможности послушать игру и пение мисс Фейн, – склонил молодой человек голову перед Джудит, а потом посмотрел на Эмили.

Она натянуто улыбнулась и снова уставилась в тарелку.

– Миссис Фейн, позвольте мне дополнить ваш рассказ. Мне кажется будет несправедливо по отношению к мисс Фейн, если мы не упомянем об остальных ее достоинствах, – заливался соловьём Натан.

Эмили слышала издевку в его голосе.

– Мистер Коулман, я, как мать, не всегда могу быть объективной к своим детям, поэтому, всё в ваших руках. Взгляд со стороны вызывает намного больше доверия.

– Благодарю вас, миссис Фейн. Мистер Гриффин, наша милая мисс Эмили очень добра к нуждающимся. Я не раз видел ее с корзиной в руках. Она заботится о бедных и приносит им продукты. Ее щедрость не знает границ! Однажды она купила колыбель для новорожденного, так как у ее матери не было для этого денег.

Рука Эмили так и потянулась к ножу, что лежал неподалёку. Ещё немного и из примерной христианки она превратится в кровожадного убийцу.

Мистер Гриффин задержал на ней взгляд. Она спохватилась и постаралась придать лицу более миролюбивое выражение.

– Щедрость, доброта и самопожертвование – качества, достойные похвалы, – заключил гость.

– Мне кажется, что ключевым здесь является слово любовь, – продолжал Натан. – А ее у мисс Фейн с избытком. Она готова дарить ее каждому, кто в ней нуждается.

– Мистер Гриффин, – не удержалась Эмили, – боюсь, мистер Коулман преувеличивает мои достоинства.