Моя нелюбимая

– Платье отлично на тебе смотрится. А какая тонкая талия! Эмили, только не нужно так нервничать, на тебе лица нет!

Замечание матери вызвало волну негодования. Но вместо того, чтобы высказать его вслух, она пообещала, что через пол часа сможет выглядеть намного лучше.

Когда Джудит покинула комнату, Эмили распорядилась, чтобы ослабили корсет. Путь талия теперь и не была такой тонкой, зато лицо приобрело естественный цвет.

Пока служанка застегивала на платье пуговицы, Эмили услышала, как внизу раздался звонок.

Значит гости уже прибыли. Она занервничала. Нет, не мистер Гриффин был тому причиной. О нём Эмили почти не думала. Появление Натана нервировало ее. Наверняка, он уже что-то задумал. И это что-то очень пугало ее.

В ее дверь постучали, и тут же голос служанки сообщил, что миссис Фейн передала, чтобы дочь как можно скорее спускалась вниз. Эмили бросила взгляд на окно. Ей захотелось сигануть в него и сбежать ото всех. Пусть бы обедали без нее, а Натан развлекал сам себя.

Тяжело вздохнув, словно собираясь идти на плаху, Эмили оправила платье и вышла за дверь.

Она спустилась вниз и вошла в гостиную. Там мистер и миссис Фейн принимали гостей. При ее появлении молодые люди встали и поклонились ей. Она слегка присела. Они обменялись словами приветствия, и после соблюдения всех формальностей гости были приглашены пройти в столовую.

Мистер Фейн сел во главе стола. На другом его конце устроилась миссис Фейн. По правую руку от хозяина дома расположились молодые люди, а Эмили оказалась сидящей прямо напротив Натана.

Слуга принес горячий суп и принялся разливать его каждому в тарелку. Эмили сидела уткнувшись в блюдо с большим куском ветчины и почти не поднимала глаз.

Вначале обеда разговор имел привычное для таких случаев течение. Мужчины обсудили дороги, погоду, цены. Джудит рассказала мистеру Гриффину об особенностях их общества, дала краткую характеристику соседям, рассказала про дочерей, которые больше не жили с ней. А потом… потом Эмили начала терять аппетит.

– Мистер Гриффин, вы любите музыку? – спросила у преподобного миссис Фейн.

– Конечно! Музыка – это дар нашего любящего Отца нам, людям.

– Слышали бы вы, как искусно моя дорогая Эмили играет на фортепиано. Ее пальчики почти не касаются клавиш, а мелодия так и льется из под них.

Эмили вдруг показалось, что ей на голову одели стоявшую перед ней тарелку с супом. Но не успела она справиться со смущением, как услышала слова Натана.