На перепутье

– Нет, не я, – я вновь почувствовал глухое раздражение и с трудом подавил желание послать этих малолеток куда подальше.

– Да он это, точно тебе говорю! – донесся голос одного из них, когда я возвращался обратно в квартиру. Я скрипнул зубами, постоял несколько мгновений, сжимая ручку балконной двери, раздумывая, не напустить ли на них Охотника, потом переборол искушение и отступил в прохладную тишину. Задернул шторы, уселся в кресло, включил музыку, сделал погромче и постарался расслабиться.

Не знаю, сколько я так сидел; в конце концов я задремал, снилась какая-то чушь, которая обычно является во сне, если тебе неудобно; очнулся лишь тогда, когда до меня донесся отчаянный стук в дверь.

– Ты что, спишь? Я и звонил, и стучал, и кричал, наверное, соседи подумали, что ко мне кто-то ломится, – Петр вошел с двумя увесистыми пакетами в руках.

– Извини, я задремал, не слышал.

– Как вы, нормально устроились? – он перенес пакеты на кухню, потом проворно переместился в свой кабинет, раздвинул шторы, взглянул на кресло, – Ты что, спал в нем? Оно же жутко неудобное, все хочу выкинуть, да так и не собрался. А где Август?

– Уехал по делам.

– Ясно. Ты на балкон выходил? Кошку, надеюсь, не выпустил?

– Какую кошку? – я немало удивился.

Но Петр устремился обратно на кухню, я, растерянный, последовал за ним.

– Видимо, испугалась чужих и спряталась. Ничего, скоро придет знакомиться, – он насыпал сухой корм в маленькую миску и поставил на пол.

– Это вряд ли… Ты не говорил, что у тебя животные в доме…

Петр вдруг недобро прищурился и посмотрел в мою сторону:

– Ты что-то имеешь против домашних питомцев?

– Нет, я не это имел в виду. Просто они чувствуют Охотника, и пока я здесь, твой кот может и не выйти из укрытия, – я развел руками.

– Да ладно, шучу я. И это не кот, а кошка. Весьма наглая морда, ее не так-то легко испугать. Скоро проголодается и появится.

Я покачал головой.

– Можно воды? Мне надо запить лекарство.

– Конечно, – Петр метнулся к шкафу, вытащил чистый стакан, налил воды и протянул мне, – Что у тебя на этот раз?

– Порезали немного.

– Ты обращался к врачу? – взгляд Петра сразу стал встревоженным.