На перепутье

– И куда это ты собрался? – Марк вздрогнул, услышав строгий голос Августа.

– Не ваше дело, – огрызнулся он. В его руках была куртка, он уже собирался выйти за дверь, – Я взрослый, иду, куда хочу и когда хочу. Вы не имеете права меня здесь удерживать.

– А вот и имеем, – Август подошел к нему вплотную, – Особенно когда ты собираешься сделать глупость.

– Марк, остановись, – я старался говорить спокойно, чтобы не допустить очередного конфликта с братом.

– Иначе что? Снова меня ударишь?

– Если понадобится, то да.

Марк вдруг рывком распахнул дверь и стремительно выбежал из квартиры. Я опередил Августа и понесся вниз по лестнице. Наверное, грохот наших шагов, отдававшийся эхом во всем подъезде, перебудил всех жильцов, время было раннее. Марк довольно быстро оказался внизу, но замешкался у двери, он еще не привык обращаться с кодовыми замками. Пока он в отчаянии шарил по стене в поисках заветной кнопки, я настиг его. Домофон запищал, тяжелая дверь стала медленно открываться, я прыгнул и сбил брата с ног.

– Какого черта ты устроил, Марк! – я сорвался на крик. Захлопнул дверь с такой яростью, что дрогнули тонкие стены. Я уже не мог сдерживаться, меня охватило бешенство, Охотник крепко стоял на сильных лапах, в его глазах зажегся знакомый огонь. Август, пытаясь успокоить, положил мне руку на плечо – я дернулся и скинул ее.

Марк, заплаканный, злой, охрипший, стоял передо мной, его кулаки были упрямо сжаты.

– Ты умеешь только бить и запугивать! Посмотри на себя! Ты же зверь!

Август покачал головой:

– Послушай, не надо так со своим братом…

– Он мне не брат! – выпалил Марк.

Рана ожгла так, что от боли потемнело в глазах. Меня вновь захлестнуло валом неудержимой ярости. Это было как временное помутнение, ночь, внезапно наступившая посреди ясного дня – я едва осознавал, что делаю. Пришел в себя от резкого окрика Августа:

– Вы, оба, прекратите!

Кто-то растаскивал нас в разные стороны, кажется, меня удерживали Кирилл с Павлом, а Марк пытался вырваться из хватки Августа, что-то продолжая кричать.

Я обмяк – последние силы ушли на этот бесполезный приступ бешенства. Бессонная ночь, усталость, переживания, боль… Этот город всего лишь за сутки превратил меня в озлобленное существо, жаждущее разрушения. Марк был прав.

– Успокоились? – Август внимательно оглядел нас.