Легенда

Часы? Дни? Недели? Вскоре я перестал понимать, где заканчивалось мое существо и начиналась бездна. Границы размылись. Я больше ничего не контролировал. Мне бы позвать кого-то, но это было непосильной задачей – встать, взять телефон, произнести вслух слова «Мне нужна помощь!». Я лишился и воли, и голоса. Оставалось только слушать собственный крик, который раздавался где-то в груди. Так уже было год назад. И я помню, к чему это привело.

Прошлое

– Старики говорят, что судьбы людей сплетены в веревку и пристегнуты к спинам как поводья.

Каждая нить – это событие, которое так или иначе повлияло на жизнь, это люди, которые изменили наш путь. Со временем веревка расплетается, нити обрываются одна за другой, пока кто-то не возьмет и не перережет их одним махом, – она делает резкое рубящее движение небольшим ножом, – Раз, и все, ничто больше не держит человека в этом мире. Его душа свободна, и он может улететь куда угодно.

– Даже к звездам? – спрашивает мальчишка, которому на вид лет семь. В его черных, как спелая смородина, глазах светится живое любопытство.

Он сидит рядом с матерью у открытого очага.

– Да, даже к звездам. Хотя, казалось бы, что его там ждет? Только небесные звери да одинокая лунная девушка.

– Но ведь там еще и река. Я бы так хотел оказаться на ее берегах! – мальчик подтягивает ноги к груди, обнимает колени и мечтательно глядит в огонь.

– Тебе пока не следует об этом задумываться. Пройдет много-много лет, прежде чем ты достигнешь ее берегов, а пока не смей так говорить, слышишь? – мать наклоняется к сыну и строго грозит пальцем.

– Но если я заблужусь, ты ведь сможешь меня спасти, правда? Ведь твоя сила – в реке, значит, и та, небесная, в твоей власти. Вода ведь тяжелее звезд! И тебе ничего не будет стоить повернуть ее вспять, да?

Мать награждает сына легким подзатыльником, старательно пряча улыбку, потом снова берет в руки нож и продолжает скоблить шкурку зайца. Нож небольшой, с удобной рукояткой из березового капа, с остро отточенным лезвием, тускло поблескивающим при каждом ее движении.

– Вот вернется брат, и я расскажу ему о твоих глупостях.

– Нет-нет, пожалуйста, не говори, – мальчик испуганно моргает, для него нет большего позора, чем прослыть любителем сказок в глазах старшего брата, взрослого воина.

– Так и быть, ничего не скажу, только обещай вести себя, как положено, – помолчав, она добавляет, – И не следует вслух говорить о моей силе, это хвастовство, духи предков такого не любят.