Железный волк

У Рюгена возникло острое ощущение, что он находится не в том месте. Письменный стол был завален рисунками, стеклянными колбами и инструментами, о предназначении которых гость даже не догадывался. А что это за страшная штука лежит в спирту? Неужели сердце? Он сделал вид, что не заметил его, и перевёл взгляд на какой-то макет. Латунные шарики разных размеров вращались по кругу, из некоторых произрастали новые шарики, как ветки на дереве.

– Вселенная, какой она нам представляется, – пояснил Нафраим и уселся на мягкий диван у мёртвого очага.

Он жестом предложил Рюгену сесть на стул напротив, что тот нехотя и сделал. Стул показался ему слишком глубоким – особенно если придётся делать отсюда ноги…

– На улице холодно, а ты весь вспотел, – произнёс долговечный. – У тебя сводит челюсти, ты пахнешь кровью. А в Узком проулке только что нашли труп. Твоих рук дело? – он говорил медленно и прочувствованно, но вопрос прозвучал совершенно бесстрастно.

– Нет! Нет, какого чёрта?! – Рюген немедленно пожалел о своей вспышке.

Он взглянул на спокойного человека на диване и понял, что его провели. Надо держаться с достоинством, если он надеется получить необходимую помощь. Он откинулся на спинку стула.

– Нет, – повторил он, собрав в кулак всё оставшееся самообладание.

– Но это мог быть и ты?

Рюген взглянул на собеседника, не разобрав, утверждает ли тот, что Рюген – убийца, или понял, что он заразился волчьей хворью.

Нафраим вздохнул, и Рюгену показалось, что он собирается встать.

Рюген в панике вскинул руки.

– Нет, подожди! Ты прав. Я болен, и я не пойму почему. Я всегда был очень осторожен, и я ничем этого не заслужил!

Нафраим достал из кармана маленькую коробочку, вынул из неё пастилку и устроился поудобнее.

– Ты хочешь сказать, в отличие от остальных?

Ну вот опять, кривая улыбка и непонятная шутка. Рюген чувствовал, что все его тайны открыты. Он злился и боялся. Судя по всему, оставалось только говорить правду.

– Слушай… Я должен был сообщить, что всё плохо. Я делал, как ты велел, пока можно было, но ты же знаешь женщин, правда? С ними ничего нельзя знать наверняка, и через некоторое время у нас всё разладилось. Но разузнать больше про неё было невозможно, я уверен! Девчонка не хочет становиться чтицей крови и мнения своего не изменит. Вторая сестра, младшая, унаследует ремесло, как я тебе и сказал. Так что я передал тебе всё, что ты хотел знать.