Стеклянный лес

 – Сейчас я должна быть в квартире мисс Уэллс. Она сказала, что не будет ничего дурного в том, если я пропущу несколько дней в школе и позвоню дяде, когда буду готова с ним говорить, а потом ушла в школу. – Руби пожала плечами. – Мне не хотелось оставаться одной. А еще мне не хотелось, чтобы мисс Уэллс платила за мои телефонные разговоры, поэтому я вернулась домой и позвонила дяде, но его не оказалось дома и я оставила сообщение его жене.

Шепард снова кивнул.

– Я предполагал, что найду тебя здесь. Не хочешь прогуляться?

Руби знала, что должна вернуться в дом и ждать звонка дяди Пола, но, посмотрев в глаза Шепарда – мрачные, несмотря на чудесную погоду, – не смогла отказаться.

– Только совсем недолго.

Она направилась в глубь леса, Шепард последовал за ней.

Молча – ибо что тут можно сказать? – они шли друг за другом по узкой тропинке. Солнечный свет проникал сквозь кроны деревьев и падал на землю красными, желтыми и оранжевыми пятнами. Опавшие листья шуршали под ногами.

Руби и Шепард двигались в сторону запада, затем свернули на север. Не было никаких ограждений, никаких знаков, разделявших лес, но Руби и без них знала, где именно заканчивался принадлежавший их семье участок леса. На севере он граничил с лесами Берков, на юге – с собственностью семьи Пауэлл. На востоке располагалось старое заброшенное кладбище датской реформатской церкви, где Шепард припарковал свой автомобиль.

Наконец они остановились и сели на ствол поваленной березы, мягкая гнилая кора которой крошилась от малейшего прикосновения. Просеивая ее сквозь пальцы, Руби вспомнила, что разложение дерева изнутри называется сердцевинной гнилью. Об этом рассказывал Шепард.

Он осторожно положил руку ей на плечо, и она посмотрела ему в лицо. Его глаза были полны скорби.

– Хочешь поговорить об этом? – спросил Шепард.

Руби покачала головой:

– Давайте поговорим о чем-нибудь другом.

А потом начала рассказывать:

– Когда мы только сюда переехали, мне как раз исполнилось десять лет. С наступлением темноты я постоянно зазывала соседских детей в лес. Я не боялась, ведь лес причиняет не больше вреда, чем то, что происходит за стенами домов. Например, я уже тогда знала, что телевидение причиняет детям больше вреда, нежели то, что может случиться с ними в чаще леса.

Шепард кивнул, соглашаясь.

– Вот что я делала.