Алиби для любимой

Да, смерть Кристи в автокатастрофе потрясла его, но он никогда не бросил бы их четырехлетнюю дочь, Минди. С ним что-то произошло. Люк не сомневался, что его брат все еще жив, и готов был на все, чтобы вернуть его.

В тот день он подвез Марка к тропе, по которой брат должен был начать восхождение, и собирался забрать его через два дня. Рабочий график Люка не позволял ему сопровождать брата в его походе, но Марк и раньше совершал подобные одинокие прогулки. «В такие моменты меня посещают лучшие идеи», – говорил он.

Если бы он запомнил тогда лица этих людей? Возможно, это помогло бы ему отыскать брата. Он закрыл глаза и снова попытался представить себе эту картину, но в памяти ничего не всплывало. Все, что он помнил, – это улыбающееся лицо Марка.

На следующее утро после принятой накануне таблетки снотворного и получасового занятия йогой Морган чувствовала себя гораздо лучше. В ресторане отеля она направилась к шведскому столу, думая о том, чем займется сегодня. Кроме работы для журнала «Роуд Байк», она должна была вести блог о ежедневных событиях во время гонок для популярного сайта Cycling Pro. Сегодня у нее должно было состояться интервью с итальянским гонщиком, одним из главных претендентов на победу, а затем беседа по скайпу с представителями Объединенного института велоспорта.

После терактов, помешавших другим гонкам, все возлагали большие надежды на успех спортивного события в Колорадо. Она снова подумала об агенте Люке Ренфро. Возможно, ей следовало вытянуть из него больше информации. Возможно, она встретится с ним сегодня вечером на банкете в честь открытия соревнований.

Сидя за столиком, она намазывала клубничный джем на кусочек пшеничного тоста, как вдруг появился Люк Ренфро и расположился напротив.

При виде его Морган встревожилась.

– Что вы здесь делаете? – спросила она.

Сегодня он был одет в оксфордскую рубашку в голубую полоску с расстегнутым воротом. Закатанные рукава обнажали загорелые руки. Он благоухал кремом для бритья, и от этого свежего, мужского запаха у нее все внутри затрепетало.

– У меня остались к вам еще кое-какие вопросы.