Манная каша

Прекрасный.

– Супермен, – отметила тетка.

– Но главное – он будет любить меня бесконечно…

– А это еще почему? – перебила Эугения.

– То есть как – почему? – не поняла Грета.

– Тыква ты, – заметила тетка, – крайний инфантилизм!

– Почему?

– Факты!

– Разве Карлсон не любит Клару?

Карл Карлсон, молодой фермер, все ночи напролет неустанно ревел под окнами мотоциклом, пока Клара, подруга Греты, вместе с ней гостила у Эугении. Клара уехала недавно. Карл ещё немножко поревел и заскучал.

– Нет, – отрезала тётя.

– Даже Клара растрогалась, когда увидела такое отношение.

– Скорее услышала, ха-ха. Тем хуже для неё! И хватит глупостей. Спускайся с облаков, а то брякнешься и расшибешься, – предупредила тётка.

– Неужели невозможно, чтобы все было хорошо, даже если очень постараться? Неужели ты так в этом уверена, тёть?

Эугения взглянула на нее с ехидной улыбочкой. Грета возмутилась:

– С тобой совершенно невозможно разговаривать, ты просто цинична!

– Угу, – согласилась тётя, – попробуй-ка поговори с тыквой.

Дождь все усиливался, порывистый северный ветер, как пастух овец, сгонял все на свете тучи на крышу виллы. Грете стало холодно, темно, скучно, и капельку не по себе. Но тишину разбил рёв мотоцикла. Прибыл Карл Карлсон. Огромного роста, в красной косухе и в красном мотоциклетном шлеме, делающих его фигуру еще более величественной. С него бежали ручьи. В руках он держал помидор-гигант.

– Тыква! – громогласно провозгласил гость, входя.

Грета поежилась.

Но похоже, он говорил только об овоще! На его ладонях лежал редкостный помидорище, весь покрытый дождинками. Круглолицый, румяный Карлсон весело взирал на тетю и племянницу сверху вниз. Улыбаясь, он показывал крепкие белые зубы, и очень напоминал обычного фермера, гордого своим урожаем. Но Грета знала, что очевидность часто гримасничает, пряча суть под различными личинами. Карл Карлсон, должно быть, не так прост, что-то должно скрываться за парадным фасадом – то, чем он заинтересовал Клару, особенное.

– Посмотрите, только посмотрите на это чудо природы! Я дарю его вам, Эугения.

Тетя недоверчиво хмыкнула.

Карл кажется таким добродушным. И наивным, и честным, и открытым. Наверное, эта чистота и есть его особый дар, оцененный разборчивой Кларой. Сама Клара – прямая и смелая. Она в некотором смысле сноб, ей никто не нравился, на каждом умела разглядеть тараканчиков. Теперь же – Грета знала – Клара с сожалением покинула деревню.