Стихийный мир. Дракон-вампир

Само существо этого человека цепляет меня невидимым крючком, и я уже не хочу глядеть ни на что другое.

На нем брюки, с виду кожаные, украшенные какими-то серебристыми вставками там, где должен быть пояс. Рубашки нет, как и прочей одежды. Только крестообразная портупея с теми странными жезлами, один из которых дож медленно возвращает на место.

Потом я узнаю, что эти жезлы могут быть как чудовищным оружием, так и кое-чем пострашнее… Но это потом. Сейчас я лишь покрываюсь легкими колючими мурашками, когда смотрю на них.

Словно в предчувствии.

Рубиновые глаза металлических драконов в навершиях жезлов синхронно вспыхивают и гаснут.

– Так ты умеешь говорить, ну надо же, – чуть хрипло проговорил мужчина и двинулся ко мне. Медленно, почти по-звериному. Словно подкрадывался.

Я бы отступила назад… а впрочем, я и впрямь отступаю. Пока не упираюсь спиной в стену. В роскошную стену великолепного замка, который могла бы рассматривать часами, гуляя по нему с какой-нибудь экскурсией.

Но сейчас я вынуждена прижиматься к удивительной лепнине сжатыми в спазме лопатками, и не думая разглядывать диковинные сюжеты и рисунки.

– Я подойду к тебе сам, в качестве исключения, женщина, – говорит он, а потом добавляет нечто странное: – Стражники сказали, что ты обладаешь даром огня. Покажи мне.

– Что?.. – выдохнула я, чувствуя расстройство оттого, что лишь одно упоминание об огне заставляет желудок сжиматься.

Дож делает еще один шаг и оказывается вплотную ко мне.

Его красивые темно-алые губы не улыбаются. Они плотно сжаты. Лицо напряжено.

Он не настроен шутить.

А я как будто анекдоты ему травлю!

Тоже стиснула зубы, вновь поднимая подбородок, чтобы заглянуть в глаза. Когда не горят, они у него невероятного темно-рубинового цвета. Смотрела бы и смотрела.

– Магия, – бросает он, словно ругательство. Встряхивает головой и приказывает: – Колдуй.

Оттого, что его обнаженная грудная клетка всего в двух ладонях от меня, я едва дышу.

Но и этого хватает, чтобы ощутить, как воздух вокруг его тела нагревается, будто от живого огня. И приобретает странную вкусовую притягательность… Я не ощущаю запаха, только тепло. Но это тепло, проникнув в легкие, согревает изнутри… а потом двигается дальше и падает в основание живота, чтобы разлиться там огненной лавой.

Проклятье.

Кажется, меня это заводит.

– Я не умею колдовать, – ответила, и дож ощутимо скривился, словно я сказала нечто ужасное.