Егорино Горе

Внутри было… прилично. Никаких кричащих цветов, перьев, блесток и музыки, которую он бы мог счесть пидорастической. Хотя Виктор и сам бы вряд ли смог ответить, какую музыку вообще можно такой назвать. Из динамиков лилась песня «Queen», Фредди Меркури в очередной раз вещал о том, что хочет иметь все и сейчас. Квины Виктору всегда нравились, поэтому он почувствовал себя немного уверенней. Сдав пальто в гардероб, он пошел в зал. Тут было значительно более шумно, но тоже все прилично. Контингент в основном был, против ожиданий, нормальный, одеты как обыкновенные парни, говорили и двигались, тоже как обыкновенные парни, разве что в зале были только они и говорили, двигались только друг с другом.

«Наверное, правила поведения в гомосексуальных клубах не сильно отличаются от правил поведения в гетеросексуальных», – решил для себя и направился к барной стойке.

Там тоже не было ничего необычного: неоновая подсветка, стеклянные витрины, шустрые бармены.

– Что будем? – спросил один из них, когда Виктор занял место в уголке, чтобы иметь обзор получше.

– Водки со льдом, двойную, сразу, – приступил он к выполнению первой части своего плана.

Бармен смерил его заинтересованным взглядом и отошел за напитком.

"Симпатичный парень, – решил про себя Виктор, – может его склеить? И в подсобку по-быстрому".

Парень и впрямь был приятным на вид. Каштановые волосы, накачанное тело, кокетливая сережка-капля в ухе. Высокий, почти с Виктора ростом – с таким целоваться будет удобно.

"Так, стоп. Какое нафиг целоваться? Лег жопой вверх, получил что хотел и разошлись как в море корабли", – одернул он себя за крамольные мысли.

– Ваш заказ, – бармен поставил перед ним водку и улыбнулся. – В первый раз, да?

Виктор вздохнул.

– Что, так заметно?

– Ну, я просто завсегдатаев всех наперечет знаю, да и вид у вас несколько прибалдевший.

– Что решить? – не понял Виктор.

– Надо оно или нет? Многие приходят, посидят-посидят и уходят, чтобы никогда не вернуться. Это нормально.

Виктору очень хотелось объяснить этому парню, что он как раз не педераст и у него совсем другие проблемы. И если бы не они, он бы в жизни не пришел в это место, но что-то его от этого удержало.