Гнев ангелов

Ди Силва и его помощники воспользовались этим, чтобы уйти на перерыв, но Дженнифер словно прилипла к месту, не в силах встать.

Как только присяжные вышли, Кен шагнул к Джен-нифер:

– Как насчет чашечки кофе?

– Мне в горло ничего не полезет.

Она боялась пошевелиться, смутно сознавая, что кругом толпятся люди. Все кончено. Она сделала что могла.

Дженнифер закрыла глаза и попыталась молиться, но страх затмевал все. Ощущение было такое, что и ее вместе с Абрахамом Уилсоном приговорили к смерти.

Лица вернувшихся присяжных были мрачными и угрюмыми, и сердце Дженнифер забилось сильнее.

Судя по всему, обвинительный приговор неизбежен. Она боялась упасть в обморок. Ее подзащитного казнят из-за нее. Ей вообще не следовало браться за это дело! Она, должно быть, безумна, если посчитала, что сможет победить такого опытного юриста, как Роберт Ди Силва!

Ей хотелось подбежать к присяжным, пока они еще не произнесли приговор вслух, и сказать: «Погодите! Абрахама Уилсона судили несправедливо! Пожалуйста, назначьте ему другого защитника! Лучшего, чем я».

Но разумеется, было уже слишком поздно. Дженнифер украдкой бросила взгляд на Уилсона. Он был неподвижен как статуя. Теперь она не замечала исходившей от него ненависти. Его переполняло глубочайшее отчаяние. Чем утешить Уилсона?

Слов у нее не нашлось.

– Присяжные вынесли приговор? – спросил судья Уолдман.

– Да, ваша честь.

Судья кивнул. Пристав подошел к председателю жюри, взял у него листок бумаги и вручил судье.

Сердце Дженнифер так и рвалось из груди. Она не могла дышать. Ей хотелось остановить это мгновение. Заморозить в вечности.

Судья изучил листочек, после чего медленно обвел глазами зал заседаний. Его взгляд по очереди останавливался на членах жюри, на Роберте Ди Силве, на Дженнифер и, наконец, на Абрахаме Уилсоне.

– Ответчик, встаньте, пожалуйста.

Абрахам поднялся, медленно и устало, словно вся энергия вытекла из него.

Судья снова поднес к глазам бумагу с приговором:

– Жюри присяжных считает Абрахама Уилсона невиновным в совершенном преступлении.

На секунду в зале воцарилось молчание, но дальнейшие слова судьи утонули в поднявшемся реве. Дженнифер, по-трясенная, уставилась на судью, не веря собственным ушам, потом повернулась к Абрахаму. Какое-то мгновение он смотрел на нее злобными маленькими глазками… и вдруг на уродливом лице появилась широкая улыбка. Он сжал Дженнифер своими лапищами, а она попыталась сдержать слезы.