В ожидании чуда

Да она лучше умрет, чем признается, почему выглядит серой мышкой!

– Или вы приоделись к этому специально, испросив разрешения у отца, так как это позволило бы вам дождаться своего принца? – высокомерно осведомился он. – Хотите хотя бы раз в жизни хорошенько рассмотреть, как должны выглядеть настоящие мужчины?

Элени уже знала, что большинство мужчин до ужаса себялюбивы, но этот экземпляр переплюнул их всех. И плевать на то, что он принц!

– Нет, ваше высочество, это не являлось моей целью, – спокойно ответила Элени и, чувствуя закипающий в ней гнев, опустила глаза, чтобы они не выдали ее эмоций.

– Тогда в чем дело? Смотри на меня, когда разговариваешь со мной! – потребовал Калик.

– Как скажете, ваше высочество, – неохотно сказала Элени и медленно подняла глаза.

У Калика невольно перехватило дыхание. Он бы никогда не велел женщине смотреть на него, тем более женщине такого низкого положения, если бы не какое-то необъяснимое и неясное желание снова заглянуть в ее невероятные глаза.

В горле у него неожиданно пересохло. Ее глаза действительно были самого необычного оттенка, который он когда-либо видел, – бледно-зеленые, как полярное сияние над белыми ледниками…

– А почему ты притворялась служанкой Гамала?

– У нас не много слуг, – смущаясь, проговорила Элени, так как в Калисте богатство семьи оценивалось по количеству прислуги, которую она могла позволить себе нанимать.

– Да? И почему же?

– Вопрос денег, ваше высочество. – Ей все же удалось произнести это с достоинством.

– Правда? – негромко удивился Калик, оглядываясь по сторонам. Конюшня, конечно, нуждалась в ремонте, но денники были просторные и чистые, да и дом не маленький. Должно быть, раньше у этой семьи было достаточно средств, чтобы нанимать слуг, но большую часть этих денег Гамал наверняка пропил или проиграл в карты.

Калик шагнул к Элени. Ее сердце тут же забилось быстрее, по спине пробежала дрожь от страха и еще какого-то непонятного чувства.

– Что же ты здесь делаешь? – спросил Калик. – И почему обнимаешь моего коня?

У Элени чуть не разорвалась сердце, когда она услышала это его протяжное – «моего коня». Но ведь с сегодняшнего дня Набат действительно принадлежал принцу. Совсем скоро одна из королевских конюшен станет его домом, а она больше никогда не увидит своего Набата.

Слова сорвались у нее с языка помимо воли.