Печать судьбы

Потому что, как ни странно, он был слишком похож на цепи, что сковывали меня в загоне. – Для чего?

Бетани облизнула губы и открыла рот, чтобы ответить, когда дверь распахнулась.

Пожилая женщина, одетая в черно-белую шапочку горничной, как у Бетани, просунула голову и прошипела:

– Пошевеливайтесь! Герцогиня ждет девочек в северной гостиной. Быстрее, быстрее!

– Мы должны идти, прямо сейчас. Последнее, что тебе нужно, – это произвести плохое впечатление, – сказала Бетани, хватая меня за руку и практически волоча из комнаты по широкому мраморному коридору.

Страх сковал мое сердце, когда мы, держась за руки, пробежали мимо старшей горничной к широким открытым дверям в конце коридора.

– Пожалуйста, Бетани, скажи мне хоть что-нибудь. Что угодно. Она окинет нас взглядом, как рождественских курочек, и самая пухлая и красивая окажется в меню этим вечером?

Бетани не ответила, лишь ускорилась, утягивая меня за собой.

– Молю тебя. Ожидание убивает меня, – выдохнула я, мои ноги в туфлях скользили по мрамору; открытые двери замаячили всего в нескольких ярдах от меня.

 – Я сойду с ума, если кто-нибудь мне что-нибудь не расскажет. Я умру этой ночью? Если так, я хочу, по крайней мере, знать об этом и немного подготовиться. Произнести несколько молитв богам, которые, возможно, еще слушают. Что-нибудь.

Бетани резко остановилась и развернула меня лицом к себе. Голубые глаза вспыхнули огнем, ее пухлые щеки залились румянцем.

– Сиенна, следи за своим языком! Ты переживешь эту ночь хорошо, если просто…

Она замолчала, ее щеки побледнели, когда звук захлопнувшихся дверей эхом разнесся по похожему на пещеру коридору.

Я бросила взгляд на массивные двери, затем снова на Бетани, которая застонала и покачала головой.

– Проклятье. Мы опоздали!

4

Сиенна

– Что это значит? – спросила я, в растерянности поглядывая на двери и не понимая, почему Бетани так расстроена. – Мы не можем войти? Меня это устраивает.

Мы можем вернуться в гардеробную, поиграть в карты или еще во что-нибудь, пока…

Пощечина стала шоком, и, если бы не оглушительный треск, разорвавший тишину, я могла бы решить, что мне это померещилось. Но потом моя щека запульсировала.

– Ты только что ударила меня? – с удивлением спросила я, уставившись на Бетани сверху вниз. Надо же, а она быстрая.

Я возвышалась над ней на добрых четыре дюйма, но она не отступала.

– Я сделала это для твоего же блага.