Джейн Эйр

– А в школу вы хотели бы пойти?

И снова я задумалась. Что я знала о школе? Почти ничего. Иногда Бесси рассказывала: мол, там молодых леди гоняют, как каторжных, так следят за осанкой, что заставляют корсеты на спине носить, и вообще делают из них настоящих леди. Джон Рид ненавидел свою школу, а учителя ругал всякими словами, но Джон Рид был мне не пример, рассказы же Бесси (она взяла их со слов молодых леди той семьи, в которой она работала перед тем, как прийти в Гейтсхед) насчет строгостей школьной дисциплины наводили на меня ужас, но, с другой стороны, в равной мере восторгали меня тем, чему там научились эти самые молодые леди из той семьи.

Бесси любила рассказывать, какие красивые пейзажи и цветы они рисовали, какие песни пели и представления разыгрывали, какие кошельки вязали, к тому же и книги с французского языка умели переводить. Помимо того, школа означала полную перемену в жизни: это экскурсии и поездки, полное отрешение от Гейтсхеда, выход в новую жизнь.

– В школу я пошла бы, – вслух закончила я свои размышления.

– Что ж, хорошо! Ничего невозможного нет, – промолвил мистер Ллойд, вставая. – Да, надо менять обстановку, – добавил он себе под нос, – нервы никуда не годятся.

Вернулась Бесси, и в тот же момент послышался шум колес по гравию.

– Ваша хозяйка, няня? – спросил мистер Ллойд. – Надо будет до ухода переговорить с ней.

Бесси пригласила его пройти в малую столовую, а сама ушла. Из последующих разговоров я поняла, что аптекарь попробовал посоветовать ей, чтобы меня направили в школу, и его советы были с готовностью услышаны, потому что, как сказала Эббот, болтая по этому поводу как-то вечером с Бесси – они что-то шили в детской, а я в это время, как они думали, спала: «Миссис так рада отделаться от этого надоедливого и зловредного дитятки, которое только и смотрит, чтобы напакостить кому-нибудь».

Эббот, кажется, считала меня каким-то маленьким Гаем Фоксом. (Участник заговора в начале XVIII века с целью убийства короля).

В тот раз я одновременно впервые услышала из уст мисс Эббот, что мой отец был бедным священником и что моя мама вышла за него вопреки уговорам близких, которые считали отца не парой ей, и что дедушка Рид разгневался на нее за непослушание и не дал ей ни гроша, и что пожила она с папой год, а он во время поездки по бедным кварталам большого промышленного города, в котором находился его приход, заразился тифом и вскоре умер, а через месяц умерла и мама, которая заразилась от отца.