Печать Тьмы, или Мила из Другого мира

От сильного сопротивления воздуха у меня онемела спина, ноги и руки. А ещё многострадальная попа. Это онемение медленно распространялось и на всё остальное тело. Но даже так я почувствовала жжение где-то между левым плечом и грудью. И оно становилось всё сильнее, поглощая собой остатки моих ощущений. Поэтому приземления я не почувствовала. Осознала себя уже лежащей на мягкой траве и пытающуюся восстановить сбившееся дыхание.

Что за чертовщина только что со мной произошла? Что за люди? Где я? Что всё это значит? Они меня схватили, вырубили, похитили, увезли далеко за город и решили принести в жертву? Так, да?

Пока перекатывалась на живот, приподнималась на колени, то начало мелко и противно так потряхивать.

Это как, когда пытаешься напрячься, чтобы прекратить дрожать, а дрожь только усиливается в разы. Думаю, лучше такого отходняка от шока и вообще всего пережитого ничего нет. Разве что, обморок. Да только на холодной земле лежать в отключке, когда сюда с минуты на минуту могут нагрянуть те уроды? Не-е-е-е, лучше уж трястись и шагать, пусть даже босиком, но живой.

Но куда мне идти? Понятно, что двигаться надо, но…

– Куда теперь? – выдохнула вслух.

– Прямо, – тихо прошептал ветер за спиной, заставляя вздрогнуть сильнее и начать озираться.

– Кто здесь?

А в ответ тишина. Замечательно. Ну ладно, вперёд, так вперёд. С глюками разберусь, когда выберусь к деревне, городку или хотя бы к трассе.

***

Вардан эр Расшир

– Мой господин? – сонно и лилейно простонала Эйша – вроде, так звали эту девушку, решившую согреть его постель этой ночью, а на завтра уже назваться Пайрией дома Расшир.

Многого хочет. Дура, как и все остальные.

Мужчина хмыкнул, поднимаясь с кровати и еле сдержал злое рычание от очередной волны жгучей боли, пронзившей грудь над сердцем. Выдохнув сквозь на силу сжатые зубы, Вардан подошёл к зеркалу на стене. Взмах руки, и осветительные кристаллы у стола рядом с зеркалом мягко засветились, давая хозяину чётко разглядеть себя в отражении.

"С Тьмой всегда шутки плохи", – так, кажется, говорит отец. И сейчас, он понял это как никогда. На широкой груди слева ниже ключицы, на грубой смуглой коже медленно расползалось клеймо. Именно, клеймо. Антрацитово-чёрное, выжженное самой Тьмой, как знак Её Избранника – шестигранная звезда, пустая внутри. Пока ещё.

Но, зарх всех раздери, почему он?! Почему сейчас?! Если уж говорить о сроках, то выбор Ключа Тьмы только через две декады.