Клуб мясоедов

– Впрочем, – без паузы продолжила хозяйка дома, – вернемся к нашему уроку. О красоте. Между делом, не желаете ли кофе или чаю?

– Пожалую чаю, – с необычной для своего возраста робостью, попросила Надежда Владимировна.

– А, мне кофею, – произнесла басом неопрятного вида женщина. На ней было не новое платье. Безусловно ухоженное и идеально выглаженное. Тем не менее, выглядело оно неряшливо. А все из-за размера. Наряд явно был маловат для грузной фигуры. Кроме того, на пухлом лице выделялась обильная растительность.

Женщина загоготала. Остальные дамы, не оценив остроумия, опасливо на нее покосились.

– Прошу, – Генриетта грациозно взмахнула рукой, указывая на кофейный столик в углу комнаты. – Угощайтесь. Кто желает, в корзинке шоколад от Тиркунова. В кувшинчике сливки.

Грузная женщина нетерпеливо вскочила. В два шага добралась до столика. Пока она хищно разглядывала предложенные угощения, хозяйка дома спросила:

– Вы, я так полагаю, супруга того самого господина в шерстяном пиджаке с заплатами?

– Угу, – подтвердила женщина, разжевывая конфету, – Мойшик, пардон, – она снова гоготнула, – Михаил Леонидович, мой, таки, законный супруг.

– Не сомневаюсь. А вас, простите, как звать величать? – поинтересовалась Генриетта.

– Я? С утра еще Софией Борисовной была. А за такой замечательный шоколад, можно и Софой величать. Ммм, расчудесный шоколадец.

– Ах, моя дорогая, – вздохнула хозяйка, – если бы благородство мерилось шоколадом. Оно бы окончательно потеряла цену.

– Смотря, кто оценивает, – заметила Хлоя.

Женщины понимающе переглянулись. Плохо прикрытый сарказм до Софии не дошел. Она отправила в рот еще несколько конфет и принялась поднимать фарфоровые крышечки чайников. Обнаружив кофейник, наполнила чашку. Обильно посыпала сахар, принялась размешивать, громко брякая ложечкой об нежный фарфор.

– Итак, дамы, – попыталась вернуть к себе внимание хозяйка дома. – В природе любой женщины заложена красота. А красота, есть ничто другое как гармония. Простите за банальность. Разрушение гармонии выводит из равновесия весь окружающий мир.

С полным блюдечком конфет в одной руке, и чашкой кофе в другой, София вернулась к канапе. Надежда Владимировна недовольно взглянула на нее, и немного отодвинулась.