Призраки, замки и немного людей

– Кисти, – кивнул я на наши с Мартином кисти, лежащие на тарелках.

Только после этой реплики Мартин посмотрел на свою правую кисть, которая совершенно отдельно от его руки медленно вращалась вместе с тарелкой, опускающейся куда-то внутрь стола, сопровождаемая постепенно сходящим на нет скрежетом.

– Чёрт! – воскликнул Мартин, глядя на обрубок своей правой руки, лишившейся кисти, – это ещё что такое?

– Идентификация призрака, – со смешком произнёс я, – обычная процедура при получении лицензии.

– Кисть-то зачем для этого отрубать?! – всё ещё находясь в состоянии шока, спросил Мартин.

– Они должны сравнить её с данными, которые у них на тебя есть, – объяснил я, – и убедиться, что ты и есть тот призрак, который указан в лицензии.

– Кто «они»? – продолжал расспрашивать меня Мартин, бережно придерживая свой правый обрубок левой рукой.

– Главный информационный центр, – сказал я.

Понятное дело, Мартину это словосочетание ясности в вопросе, кто такие «они» не добавило, но я был уверен, что он спросил про «них» совсем не для того, чтобы ознакомиться с устройством наших лицензирующих органов, а просто, чтобы дать своим мозгам время уложить в голове информацию о том, что кисть его правой руки проваливается в тартарары.

– Так странно, – сказал он, – я совсем не чувствую боли.

– Ты же у нас теперь призрак, – терпеливо произнёс я, – привыкай к тому, что реакции твоего тела при взаимодействии с окружающей действительностью не такие, как у людей. Попробуй руку в стол опустить.

– Стол казённый, – встрял в процесс обучения недовольный Гордеич.

– Стол деревянный, – нравоучительным тоном сказал я Гордеичу, и продолжил, обращаясь уже к Мартину, – это всё, что призраку нужно знать о столе, чтобы сунуть в него руку.

– Я не понимаю, – растерялся Мартин, – что значит «сунуть руку в стол»? Найти в нём дырку или ящик и засунуть туда руку?

То, что у Мартина минуту назад лучом света отхватили кисть, а он этого даже не заметил, ничему его не научило. Он упорно цеплялся за человеческий взгляд на жизнь. Не знаю, как другие призраки, а я тоже не сразу привык к тому, что я больше не человек.