Жулик: грабеж средь бела дня

Из толпы летели сочувственные реплики:

– В милицию ее сдать!

– Да на хрен еще менты? Щас ее прямо тут и уроют!

Глаза воровки затлели мрачным волчьим мерцанием. Видимо, она окончательно поняла, что солнце ей не светит и ловить больше нечего.

– Ты на кого мазу тянешь, гумозница? Да я те щас, дешевка… – хриплым баритоном процедила она и, схватив обеими руками гипсовый муляж, со всего размаху двинула им по голове истерички.

Та плюхнулась задницей на асфальт и заголосила:

– Люди добрые! Помогите!

Толпа угрожающе надвигалась, смыкаясь кольцом.

– Милиция! – продолжала голосить чернявая, утирая кровь с разбитого лба. – Позовите же милицию!.. Хулиганы здоровья лишают!..

Цвыркнув на асфальт длинной желтой слюной, воровка медленно достала из кармана опасную бритву и мгновенно раскрыла ее. Солнечный лучик угрожающе прокатился по тонкому лезвию.

– Первого же, кто ко мне подойдет, – попишу! – тихо, но очень явственно пообещала она.

Толпа в страхе отступила.

Неожиданно из-за спин собравшихся послышался чей-то начальственный окрик:

– Что здесь происходит?

Публика, словно по команде, развернулась назад. Сквозь толпу медленно пробирался невысокий сухопарый блондин в элегантном песочном костюме. Дорогие солнцезащитные очки от «Гуччи» и изящная широкополая шляпа частично скрывали верхнюю часть его лица. Выглядел блондин весьма импозантно: энергичный поворот головы, волевые морщины, рельефные тонкие губы… И лишь уродливая бородавка на подбородке заметно портила его внешность.

– Так, быстренько расходимся, – с командными интонациями проговорил подошедший. – Нечего тут стоять.

Приблизившись к воровке, он ловко заломал ее руку назад – бритвенная принадлежность тихо звякнула об асфальт.

– Эт-та что еще за хрен с бугра выискался? – развязно удивилась истеричка. – Мужик, те чего надо? Ты кто здесь такой?

Подошедший презрительно покосился в ее сторону. Он стоял, чуждый жаре и толпе, в светлом с иголочки костюме, явно раздумывая, стоит ли реагировать на вопрос.

– Уважаемая гражданка… Обращаться к незнакомым людям следует вежливо. А в разговоре с ответственными сотрудниками Генпрокуратуры требуется особая осторожность, – наконец снизошел он до ответа и, помахав перед носом Нюры сафьяновым удостоверением с золотым тиснением «ГЕНЕРАЛЬНАЯ ПРОКУРАТУРА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ», продолжил с казенной деловитостью: – Я все видел. Все свободны. А вот потерпевшую и свидетелей я попрошу остаться.