Условия диктуем мы

Так что в цеху, в котором официально числилась, она появлялась крайне редко.

Увидев старую активистку, Анна Тимофеевна облегченно перевела дух. Соседка не могла принести страшную весть о Володе хотя бы потому, что в Москву сегодня точно не ездила. Щелкнув задвижкой, Анна Тимофеевна открыла дверь.

– Ты слышала, Тимофеевна, что творится?! – прямо с порога, не поздоровавшись, зачастила Мария Яковлевна. – Это же уму человеческому непостижимо! Совсем террористы обнаглели! И куда только милиция смотрит?

– Слышала уже, Яковлевна, – рассеянно проговорила Анна Тимофеевна.

 – Прямо страсти какие-то… Как жить дальше?

– И не говори. – Мария Яковлевна по-хозяйски прошла в комнату и села в кресло. – На улицу выйти – страшно, на самолетах летать – страшно, на электричке ездить – страшно… Так теперь и в метро не проехать! Одни бандиты вокруг, того и гляди либо взорвут, либо убьют. Я вот в толк не возьму, чего наше правительство с этими террористами нянькается?

– Да сейчас вроде бы построже стали с ними, – осторожно заметила Анна Тимофеевна.

 – И ловят их, и судят…

– Именно что судят, – ворчливо перебила ее соседка. – Они вон без всяких судов – хлоп бомбу в переход, и все дела. А мы с ними сюсюкаемся, как с дитями малыми, оттого и порядка в стране нет…

Анна Тимофеевна слушала невнимательно, лихорадочно соображая, как бы поделикатней намекнуть незваной гостье, что та зашла не совсем вовремя. А Мария Яковлевна продолжала разглагольствовать, как в былые времена на собрании в месткоме, когда требовалось разобрать и пристыдить нерадивого работника:

– Строже с ними надо, а не сопли по щекам размазывать.

Как при Сталине было? Чуть не так, и пожалуйте в Сибирь, всей семьей, в двадцать четыре часа, без всяких разговоров! Целые народы выселял, а не то что каких-то там террористов-бомбистов!

– Ну, ты, Яковлевна, вспомнила тоже! – отмахнулась Анна Тимофеевна. – Тогда ведь тоже порядка не было. И правых, и неправых сажали…

– А так и надо, – жестко припечатала соседка.

 – Тогда и порядок будет. Ты, Тимофевна, коли в этих делах не смыслишь, так и не говори ничего. Вот у тебя сын-то военный, давай-ка у него и спросим, как с этими бандитами надо поступать. Где Володька-то? Позови-ка его…

Анна Тимофеевна вздрогнула, как от удара палкой, и втянула голову в плечи.

– В Москву поехал… – тихо ответила она. – А тут такое стряслось. Я теперь волнуюсь, не случилось ли с ним чего…

– Так возьми да позвони ему, – быстро нашлась соседка.