Тени в раю

Все эти штучки, насчет экспертов, прибереги для своего начальства.

Прелясковский с трудом проглотил обиду, но в очередной раз сдержался, и, чтобы не ответить какой-нибудь дерзостью, он спросил:

– Тогда, может быть, вы, уважаемый сыщик, скажете, как поступить?

– Не знаю, – честно ответил я. И тут мой мозг поразила неожиданная догадка – я громко вскрикнул, испугав несчастного отца: – Совсем мозги растерял… Это же так просто…

Кораблев, заметив мой порыв немедленно смыться, требовательно вцепился в мою сорочку, почти что запричитав:

– Вы знаете, где она? Скажите – я вас отблагодарю! Умоляю!

Сперва я хотел просто его оттолкнуть, но мольба в голосе и несчастные глаза Анатолия Ивановича заставили меня переменить решение – я спокойно ответил:

– К сожалению, я не знаю, где она.

Прелясковский положил свою холеную ладонь мне на плечо и властно приказал:

– Вы обязаны сообщить следствию имеющиеся у вас сведения. В противном случае я вас привлеку за сокрытие фактов.

– Отдыхай, капитан. – Я резким ударом сбил его руку, как бы случайно попав в болевую точку локтевого сустава.

Пока мент корчился от боли, я уже бежал по тенистой аллее, направляясь к металлическим воротам. За моей спиной послышался сдавленный голос моего работодателя:

– Не мешайте ему, Артур Викторович, – пусть идет. Постарайтесь обеспечить ему режим наибольшего благоприятствования… Виталя – порядочный человек. Хотя и своеобразный.

Выйдя за пределы поместья, я стал ловить такси.

Жлоб подошел ко мне и молвил почтительно:

– Шеф приказал дать тебе машину и деньги. – Он вложил мне в руку толстую пачку купюр по сто гривен. – Еще он просил передать, что, если тебе удастся выйти на похитителей, договорись с ними о месте и времени передачи требуемой суммы – он согласен платить.

Я рассовал по карманам хрустящие банковские билеты и направился к водительской дверце. Охранник остановил меня возгласом:

– Возьми меня с собой. Драться, конечно, так, как ты, я не умею, но, может быть, пригожусь.

– Извини, – пробурчал я, – но одному привычнее.

Усаживаясь за руль, я услышал робкий вопрос:

– Скажи, Виталик, – он впервые назвал меня так, – а где ты научился всему этому… ну, приемам?

– Долгая история, да и незачем тебе всего знать.